Форум по медицинскому праву

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум по медицинскому праву » Гос. служба. Правоохранительная, военная » Конституционный суд РФ. Выплаты пострадавшим. Военная травма


Конституционный суд РФ. Выплаты пострадавшим. Военная травма

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

15 июля 2009 года Конституционный Суд РФ провозгласил: http://www.ksrf.ru/News/Pages/ViewItem.aspx?ParamId=707

Постановление по делу о проверке конституционности части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации «О милиции» и статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации.

15 июля 2009 года Конституционный Суд РФ провозгласил Постановление по делу о проверке конституционности части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации «О милиции» и статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Дело рассматривалось по запросам двух районных судов города Нижнего Новгорода. В их производстве находится несколько исков бывших сотрудников милиции, получивших инвалидность в связи с осуществлением служебной деятельности и не получающих компенсации, предусмотренной законом «О милиции», поскольку отсутствует вина конкретных должностных лиц за причиненный здоровью вред.

Конституционный Суд постановил: оспоренные нормы по буквальному смыслу Конституции соответствуют, но ей противоречит сложившаяся правоприменительная практика. Выплаты пострадавшим на службе сотрудникам милиции должны осуществляться.

История вопроса

В производстве Нижегородского районного суда находится дело Леонова Сергея Васильевича. В исковом заявлении он просил взыскать с Главного управления МВД РФ (ГУ МВД РФ) по Приволжскому федеральному округу в счет возмещения вреда здоровья 148 тысяч рублей. Во время командировки в Чеченскую Республику Леонов С.В. пострадал от взрывной волны, и ему была установлена II группа инвалидности. 23 мая 2002 года Леонов С.В. был уволен из органов внутренних дел по ограниченному состоянию здоровья. ГУ МВД РФ по Приволжскому федеральному округу выплачивало Леонову С.В. 12342 рубля 67 копеек ежемесячно в счет возмещения вреда здоровью. С 1 августа 2007 года выплаты были приостановлены. Отмена выплат объяснялась тем, что при отсутствии виновных, а также противоправных действий должностных лиц органов внутренних дел вред здоровью, причиненный сотрудникам милиции при исполнении ими своих служебных обязанностей, возмещению не подлежит.

В производстве Сормовского районного суда находятся аналогичные иски Горбового Владимира Иосифовича, Филиппова Игоря Викторовича и Крапивина Александра Николаевича к ГУ МВД РФ по Приволжскому федеральному округу.

Филиппов И.В. – врач специализированного отдела быстрого реагирования управления по борьбе с организованной преступностью – в 2000 году при исполнении служебных обязанностей получил минно-взрывные черепно-мозговые травмы и был уволен из органов внутренних дел по причине утраты 60% трудоспособности. С апреля 2008 года ежемесячные выплаты ему были прекращены со ссылкой на изменившуюся судебную практику.

Горбовой В.И. – сотрудник СОБР и (позже) ОРБ во время командировки в Чеченскую Республику в 2001 году получил военную травму и в результате утратил 80% трудоспособности. В октябре 2007 года ежемесячные выплаты ему были прекращены.

Крапивин В.Н. – боец СОБР – при исполнении служебных обязанностей дважды получил закрытые черепно-мозговые травмы: в 1996 и 2000 годах. Был признан инвалидом II группы и уволен из органов внутренних дел. Ранее вопрос о возмещении вреда здоровью истца судом разрешен не был и возмещение вреда ему не выплачивалось.

Судьи Карпов Д.В. (Сормовский районный суд) и Миронова Н.В. (Нижегородский районный суд) приостановили производство по этим делам и обратились в Конституционный Суд РФ с запросами о проверке конституционности названных норм.

Позиции заявителей

Заявители утверждали, что оспоренные нормы устанавливают принцип виновной ответственности. Это позволяет толковать закон таким образом, что вред здоровью подлежит возмещению только по нормам гражданского законодательства, т.е. при выявлении непосредственного причинителя вреда.

В запросе указано, что согласно Конституции РФ военная и аналогичная ей служба, представляет собой особый вид государственной службы, связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства. Лица, несущие ее, выполняют задачи в любых условиях, в том числе с риском для жизни и здоровья. Это влечет за собой обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью при прохождении службы.

Заявители также указывали на то, что размер возмещения вреда, установленный законом «О милиции» существенно ниже, чем размер возмещения вреда при несчастных случаях на производстве (установлен ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). Это ставит сотрудников милиции в заведомо худшее положение, что противоречит принципам справедливости и равенства, и, по сути, является дискриминацией по профессиональной принадлежности.

Заявители полагают, что различный подход законодателя к пострадавшим от несчастных случаев на производстве и при исполнении служебного долга никакими конституционно-значимыми целями не оправдан. Государство уклоняется от своей обязанности гарантировать компенсацию вреда, причиненного здоровью сотрудников милиции при прохождении службы. Заявители просят признать оспоренные нормы противоречащими 7, 19, 41, и 55 статьям Конституции РФ.

P.S. Текста Постановления на сайте КС РФ пока нет.

_______________________________________________________________________________________________________________________

Заседание Конституционного Суда Российской Федерации
Конституционный Cуд Российской Федерации > Заседания КС РФ

24 июня 2009 года состоялось слушание дела по проверке конституционности положений части 4 статьи 29 Закона Российской Федерации «О милиции» и статьи 1084 Гражданского кодекса РФ.

24 июня 2009 года Конституционный Суд РФ рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности положений части 4 статьи 29 Закона Российской Федерации «О милиции» и статьи 1084 Гражданского кодекса РФ.

Данные нормы регулируют возмещение вреда  в случае причинения увечья или иного повреждения здоровья сотруднику милиции в связи с осуществлением им служебной деятельности.

В совокупности с главой 59 Гражданского кодекса РФ, эти нормы не обязывают государство возмещать вред, причиненный здоровью, если отсутствуют вина должностных лиц органов внутренних дел или других государственных органов.

Поводом к рассмотрению дела послужили запросы Нижегородского районного суда и Сормовского районного суда города Нижнего Новгорода.

История вопроса

В производстве Нижегородского районного суда находится дело   Леонова Сергея Васильевича. В исковом заявлении он просил взыскать с Главного управления МВД РФ (ГУ МВД РФ)  по Приволжскому федеральному округу в счет возмещения вреда здоровья 148 тысяч рублей (начиная с 1 августа 2007 года по 1 августа 2008 года по 12342 рубля 67 копеек ежемесячно).   

Во время командировки в Чеченскую Республику Леонов С.В. получил военную  травму (пострадал от последствий взрывной волны во время обстрела), и ему была установлена II группа инвалидности. 23 мая 2002 года Леонов С.В. был уволен из органов внутренних дел по ограниченному состоянию здоровья.

ГУ МВД РФ по Приволжскому федеральному округу выплачивало Леонову С.В. 12342 рубля 67 копеек ежемесячно в счет возмещения вреда здоровью. С 1 августа 2007 года выплаты были приостановлены. 

Отмена выплат объяснялась тем, что при отсутствии виновных, а также  противоправных действий должностных лиц органов внутренних дел вред здоровью, причиненный сотрудникам милиции при исполнении ими своих служебных обязанностей, возмещению не подлежит.

В производстве Сормовского районного суда находятся аналогичные иски Горбового Владимира Иосифовича, Филиппова Игоря Викторовича и Крапивина Александра Николаевича к ГУ МВД РФ по Приволжскому федеральному округу.

Филиппов И.В. – врач специализированного отдела быстрого реагирования управления по борьбе с организованной преступностью – в 2000 году при исполнении служебных обязанностей получил минно-взрывные черепно-мозговые травмы и был уволен из органов внутренних дел по причине утраты 60% трудоспособности. С апреля 2008 года ежемесячные выплаты ему были прекращены со ссылкой на изменившуюся судебную практику.

Горбовой В.И. – сотрудник СОБР и (позже) ОРБ во время командировки в Чеченскую Республику  в 2001 году получил военную травму и в результате утратил 80% трудоспособности. В октябре 2007 года ежемесячные выплаты ему были прекращены.

Крапивин В.Н. – боец СОБР – при исполнении служебных обязанностей дважды получил закрытые черепно-мозговые травмы: в 1996 и 2000 годах. Был признан инвалидом II группы и уволен из органов внутренних дел. Ранее вопрос о возмещении вреда здоровью истца судом разрешен не был и возмещение вреда ему не выплачивалось.

Судьи Карпов Д.В. (Сормовский районный суд) и Миронова Н.В. (Нижегородский районный суд) приостановили производство по этим делам и обратились в Конституционный Суд РФ с запросами о проверке конституционности названных норм.

Позиции заявителей

Заявители утверждают, что оспоренные нормы устанавливают принцип виновной ответственности. Это позволяет толковать закон таким образом, что вред здоровью подлежит возмещению только по нормам гражданского законодательства, т.е. при выявлении непосредственного причинителя вреда.

В запросе указано, что согласно Конституции РФ военная и аналогичная ей служба, представляет собой особый вид государственной службы, связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства. Лица, несущие ее, выполняют задачи в любых условиях, в том числе с риском для жизни и здоровья. Это влечет за собой обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью при прохождении службы.

Заявители также указывают на то, что размер возмещения вреда, установленный законом «О милиции» существенно ниже, чем размер возмещения вреда при несчастных случаях на производстве  (установлен ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).  Это ставит сотрудников милиции в заведомо худшее положение, что противоречит принципам справедливости и равенства, и, по сути, является дискриминацией по профессиональной принадлежности.

Заявители полагают, что различный подход законодателя к пострадавшим от несчастных случаев на производстве и при исполнении служебного долга  никакими конституционно-значимыми целями не оправдан.  Государство уклоняется от своей обязанности гарантировать компенсацию вреда, причиненного здоровью сотрудников милиции при прохождении службы. Заявители просят признать оспоренные нормы противоречащими 7,  19,  41, и   55 статьям Конституции РФ.

Председательствующий  в заседании – КЛЕАНДРОВ Михаил Иванович.

Судья-докладчик по делу – КАЗАНЦЕВ Сергей Михайлович.

2

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ: ПОСТАНОВЛЕНИЕ КС РФ
от 15 июля 2009 г. N 13-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
ЧАСТИ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 29 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"О МИЛИЦИИ" И СТАТЬИ 1084 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ В СВЯЗИ С ЗАПРОСАМИ НИЖЕГОРОДСКОГО РАЙОННОГО
СУДА ГОРОДА НИЖНЕГО НОВГОРОДА И СОРМОВСКОГО РАЙОННОГО
СУДА ГОРОДА НИЖНЕГО НОВГОРОДА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего - судьи М.И. Клеандрова, судей Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, В.Д. Зорькина, С.М. Казанцева, Н.В. Мельникова, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова,

с участием судьи Сормовского районного суда города Нижнего Новгорода Д.В. Карпова и представителя Совета Федерации - доктора юридических наук Е.В. Виноградовой,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 86, 101, 102 и 104 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" и статьи 1084 ГК Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела явились запросы Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода и Сормовского районного суда города Нижнего Новгорода. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителями законоположения.

Поскольку оба запроса касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", соединил дела по этим запросам в одном производстве.

Заслушав сообщение судьи-докладчика С.М. Казанцева, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных в заседание полномочного представителя Правительства Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.Ю. Барщевского, а также представителей: от Министерства внутренних дел Российской Федерации - В.Н. Ткачева, от Министерства юстиции Российской Федерации - А.А. Смирнова, от Генерального прокурора Российской Федерации - Т.А. Васильевой, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Согласно части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 года N 1026-1 "О милиции" в случае причинения увечья или иного повреждения здоровья сотруднику милиции в связи с осуществлением им служебной деятельности денежная компенсация в размере, превышающем сумму назначенной пенсии по указанным в данной статье основаниям, выплачивается за счет средств соответствующего бюджета либо средств организаций, заключивших с милицией договоры. Гражданский кодекс Российской Федерации, в свою очередь, устанавливает в статье 1084, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 данного Кодекса, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Конституционность названных законоположений оспаривается Нижегородским районным судом города Нижнего Новгорода и Сормовским районным судом города Нижнего Новгорода, в производстве которых находятся дела по искам ряда граждан к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу, отказавшему истцам в предоставлении ежемесячных денежных выплат в счет возмещения вреда здоровью, причиненному при исполнении служебных обязанностей сотрудников милиции.

Так, гражданин С.В. Леонов 23 мая 2002 года был уволен со службы в органах внутренних дел в связи с признанием ограниченно годным к службе по состоянию здоровья на основании заключения военно-врачебной комиссии, и в августе 2002 года ему установлена инвалидность II группы вследствие военной травмы. В период с 1 августа 2004 года по 31 июля 2007 года по решению Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу выплачивало ему в счет возмещения вреда здоровью ежемесячно денежную сумму в размере 12 342 рублей 67 копеек. С 1 августа 2007 года эти выплаты были прекращены с указанием на то, что возмещение сотруднику милиции вреда здоровью со стороны государства возможно лишь в том случае, если причинение вреда здоровью имело место в результате виновных противоправных действий органов внутренних дел, других государственных органов или их должностных лиц, вина же Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу в причинении вреда здоровью С.В. Леонова отсутствует.

Решениями Сормовского районного суда города Нижнего Новгорода от 25 сентября 2003 года и от 29 января 2004 года с Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу были взысканы суммы ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью, в пользу гражданина В.И. Горбового, в апреле 2003 года уволенного из органов внутренних дел по болезни (21 сентября 2004 года ему установлена инвалидность II группы вследствие военной травмы). В октябре 2007 года В.И. Горбовой был уведомлен об отказе в дальнейших выплатах, а 4 декабря 2007 года при рассмотрении дела по его иску к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу представитель ответчика исковые требования не признал, сославшись на изменившуюся судебную практику.

Гражданину И.В. Филиппову, в ноябре 2000 года уволенному из органов внутренних дел по болезни (1 декабря 2000 года ему установлена инвалидность III группы вследствие военной травмы) и на основании решений Сормовского районного суда города Нижнего Новгорода от 21 февраля 2002 года и от 10 июня 2003 года ежемесячно получавшему суммы денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного его здоровью, Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу с 1 апреля 2007 года прекратило индексацию этих платежей, а в сентябре 2007 года сообщило об отказе в выплатах с 1 апреля 2008 года, сославшись на отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью данного сотрудника милиции. Сормовский районный суд города Нижнего Новгорода, куда И.В. Филиппов вновь обратился с иском о возмещении вреда здоровью, 3 марта 2008 года вынес определение о приостановлении производства по делу и о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации. Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда 13 мая 2008 года отменила это определение, указав, что все юридически значимые обстоятельства для правильного разрешения иска могут быть установлены в рамках данного гражданского дела, и возвратила дело в суд первой инстанции для разрешения по существу.

Гражданин А.Н. Крапивин, уволенный из органов внутренних дел по болезни в декабре 2000 года (инвалидность II группы вследствие военной травмы установлена ему в феврале 2001 года), обратился с иском к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу о возмещении вреда здоровью в Сормовский районный суд города Нижнего Новгорода 2 июня 2008 года. Ранее вопрос о соответствующих выплатах им не ставился.

Нижегородский районный суд города Нижнего Новгорода и Сормовский районный суд города Нижнего Новгорода полагают, что часть четвертая статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" и статья 1084 ГК Российской Федерации по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, нарушают конституционные принципы социального государства, равенства всех перед законом и судом, право каждого на охрану здоровья, запрет на издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина, и тем самым противоречат статьям 7, 19 (части 1 и 2), 41 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку устанавливают такой механизм возмещения сотрудникам органов внутренних дел вреда, причиненного здоровью в связи с исполнением ими служебных обязанностей, который ставит их в худшее положение по сравнению с лицами, возмещение вреда которым осуществляется по нормам Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", предусматривающего страховое обеспечение не только в виде единовременной страховой выплаты, но и ежемесячных страховых выплат.

Поскольку в силу статей 74, 101 и 102 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации по запросам судов проверяет конституционность оспариваемых нормативных положений в той части, в какой эти положения подлежат применению в находящихся в их производстве делах, учитывая сложившуюся правоприменительную практику и исходя из места оспариваемых положений в системе норм, часть четвертая статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" и статья 1084 ГК Российской Федерации являются предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу в той мере, в какой содержащиеся в них положения в их взаимосвязи регулируют отношения по возмещению сотрудникам милиции вреда, причиненного здоровью в связи с исполнением ими служебных обязанностей.

2. В Российской Федерации, согласно Конституции Российской Федерации, обеспечивается государственная поддержка инвалидов, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2), гарантируются равенство прав и свобод человека и гражданина (статья 19, часть 2), социальное обеспечение в случае болезни, инвалидности и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1). Соответственно, Российская Федерация как социальное государство обязано стремиться к максимальному социальному эффекту в сфере защиты здоровья граждан и возмещения им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с осуществлением ими трудовой (служебной) деятельности, используя для этого все необходимые правовые средства, включая частноправовые (страхование, возмещение вреда) и публично-правовые (государственное и социальное страхование, социальное обеспечение, денежные компенсации) институты.

По смыслу статьи 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 32 (часть 4), 72 (пункт "б" части 1) и 114 (пункт "е"), служба в органах внутренних дел Российской Федерации, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, представляет собой, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 декабря 2002 года N 17-П, особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах. Лица, несущие такую службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним. Обязанности, возлагаемые на этих лиц, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что в силу статей 1 (часть 1), 2, 7, 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1) и 71 (пункт "в") Конституции Российской Федерации влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью при прохождении службы.

Исходя из приведенной правовой позиции, государство призвано гарантировать сотрудникам милиции возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с исполнением ими служебных обязанностей, в объеме, позволяющем в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса. При этом характер выполняемых этими лицами функций - в силу конституционных принципов справедливости и соразмерности - предполагает установление для них условий возмещения вреда, по крайней мере не худших по сравнению с другими категориями граждан.

Конституционная обязанность государства по возмещению вреда, причиненного здоровью сотрудников милиции в связи с исполнением ими служебных обязанностей, может осуществляться в различных юридических формах, в том числе в форме установленного в целях обеспечения социальных интересов этих лиц и интересов государства обязательного государственного страхования их жизни и здоровья, которое финансируется за счет бюджетных средств (пункт 1 статьи 969 ГК Российской Федерации, Федеральный закон от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы"), в форме гражданско-правового (деликтного) возмещения вреда, причиненного здоровью гражданина при исполнении обязанностей службы в милиции (статья 1084 ГК Российской Федерации), в форме предоставления единовременного пособия и денежной компенсации (части третья и четвертая статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции").

2.1. В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (пункты 2 и 3 статьи 927, пункт 1 статьи 935, пункт 1 статьи 969) законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать жизнь и здоровье других определенных в нем лиц на случай причинения вреда их жизни или здоровью (обязательное страхование); кроме того, законом могут быть предусмотрены случаи обязательного страхования жизни и здоровья граждан - государственных служащих определенных категорий за счет средств, предоставляемых из соответствующего бюджета (обязательное государственное страхование). При этом правовое регулирование обязательного страхования граждан на случай причинения вреда их жизни или здоровью при исполнении ими трудовых обязанностей и обязательного государственного страхования жизни и здоровья государственных служащих осуществляются с учетом особенностей работы по трудовому договору и государственной, в том числе правоохранительной, службы.

Для военнослужащих и приравненных к ним лиц, включая сотрудников милиции, эти вопросы урегулированы специальным законом - Федеральным законом "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы". Согласно названному Федеральному закону в случае установления застрахованному лицу инвалидности в период прохождения службы либо до истечения одного года после увольнения со службы вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения службы, федеральным органом исполнительной власти, в котором он проходит или проходил службу, выплачивается единовременная страховая сумма в размере, который определяется исходя из оклада месячного денежного содержания, включающего в себя месячный оклад по занимаемой штатной должности и месячный оклад по специальному званию, установленные на день выплаты, и в зависимости от группы инвалидности (пункты 1 и 2 статьи 5).

Отношения, связанные с обязательным социальным страхованием работников, причинение вреда здоровью которых возможно при исполнении ими обязанностей по трудовому договору, регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в соответствии с которым обеспечение лица, работающего по трудовому договору, по страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний осуществляется работодателем в виде страховых выплат - единовременной страховой выплаты и ежемесячных страховых выплат застрахованному лицу, а также в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая (статья 8); единовременная страховая выплата осуществляется в размере, определяемом в соответствии со степенью утраты застрахованным профессиональной трудоспособности исходя из максимальной суммы, установленной федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год (статья 11); размер ежемесячной страховой выплаты определяется как доля среднего месячного заработка застрахованного, исчисленная в соответствии со степенью утраты им профессиональной трудоспособности (статья 12).

Таким образом, по своей природе, источникам, условиям, объему и порядку осуществления выплат система обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц, в том числе сотрудников милиции, принципиально отличается от системы обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а следовательно, отсутствие какого-либо элемента одной системы в другой системе само по себе не может рассматриваться как недостаток или тем более как дискриминация по признаку профессии.

2.2. Гражданско-правовой институт деликтных обязательств предназначен для регулирования отношений, возникающих из причинения вреда, в том числе вреда здоровью лица в связи с осуществлением им трудовой или служебной деятельности. Как правило, обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

Согласно статье 1084 ГК Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей службы в милиции, возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. В системной связи со статьей 1064 ГК Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и его статьей 1069, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью сотрудника милиции в порядке главы 59 ГК Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении этого вреда. Если же вина государственных органов или их должностных лиц в причинении вреда жизни или здоровью сотрудника милиции отсутствует, обязанность по его возмещению по указанным в данной главе основаниям на государство не возлагается.

Следовательно, статья 1084 ГК Российской Федерации не исключает, а, напротив, предполагает обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения вреда, причиненного здоровью сотрудника милиции при исполнении им служебных обязанностей, в качестве меры гражданско-правовой ответственности государственных органов или их должностных лиц как причинителей этого вреда.

2.3. Пенсионное обеспечение граждан, в том числе ставших инвалидами вследствие повреждения здоровья, связанного с исполнением трудовых или служебных обязанностей, направлено на возмещение утраченного ими заработка (денежного довольствия) и осуществляется с учетом различий в правовом положении лиц, работающих по трудовому договору, и военнослужащих и приравненных к ним лиц, включая сотрудников милиции.

Пенсия по инвалидности гражданам, ставшим инвалидами в связи с осуществлением трудовой деятельности, назначается на основании Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"; ее размер зависит в том числе от степени ограничения способности к трудовой деятельности, суммы расчетного пенсионного капитала застрахованного лица, наличия или отсутствия иждивенцев.

Пенсии по инвалидности, устанавливаемые лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел в порядке, предусмотренном Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", исчисляются из денежного довольствия указанных лиц с учетом окладов по должности, специального звания (без учета повышения окладов за службу в отдаленных, высокогорных местностях и в других особых условиях) и процентной надбавки за выслугу лет, включая выплаты в связи с индексацией денежного довольствия. Размер пенсии по инвалидности дифференцируется в зависимости от группы и причины инвалидности. Кроме того, к пенсии по инвалидности начисляются надбавки: инвалидам I группы или инвалидам, имеющим ограничение способности к трудовой деятельности III степени, - на уход за ними в размере 100 процентов расчетного размера пенсии, который устанавливается в размере базовой части трудовой пенсии по старости, а неработающим инвалидам I и II групп, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, - в размере от 32 до 100 процентов расчетного размера пенсии в зависимости от числа таких членов семьи.

2.4. Лица, замещавшие должности рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, признанные инвалидами вследствие ранения, контузии или увечья, полученных при исполнении служебных обязанностей, так же как инвалиды из числа других категорий граждан, согласно статье 28.1 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" имеют право на ежемесячную денежную выплату в размерах, дифференцированных в зависимости от степени ограничения способности к трудовой деятельности.

Часть суммы ежемесячной денежной выплаты по желанию гражданина может направляться на оплату набора социальных услуг, предоставляемого в порядке государственной социальной помощи и включающего в себя дополнительную медицинскую помощь (в том числе лекарственное обеспечение, санаторно-курортное лечение), бесплатный проезд на пригородном железнодорожном транспорте, а также на междугородном транспорте к месту лечения и обратно (глава 2 Федерального закона от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи").

Указом Президента Российской Федерации от 1 августа 2005 года N 887 "О мерах по улучшению материального положения инвалидов вследствие военной травмы" с 1 сентября 2005 года введено ежемесячное материальное обеспечение гражданам Российской Федерации, признанным в установленном порядке инвалидами вследствие военной травмы, в размере 1 000 рублей, которое выплачивается дополнительно к пенсиям и другим выплатам.

Согласно Федеральному закону от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах" лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, получившие при исполнении служебных обязанностей в районах боевых действий ранение, контузию, увечье или заболевание, ставшие причиной инвалидности, признаются инвалидами боевых действий (статья 4) и приобретают право на льготы по оплате жилья и коммунальных услуг, медицинскому обслуживанию, предоставлению и использованию отпусков, зачислению в образовательные учреждения профессионального образования и стипендиальному обеспечению, а также на внеочередную установку квартирного телефона, выплату (в случае работы по трудовому договору или осуществления иной деятельности, предполагающей обязательное социальное страхование) пособия по временной нетрудоспособности в размере 100 процентов заработка независимо от стажа работы, внеочередной прием в дома-интернаты для престарелых и инвалидов, центры социального обслуживания, на обслуживание отделениями социальной помощи на дому (пункт 1 статьи 14); указанные меры социальной поддержки распространяются на лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, ставших инвалидами вследствие ранения, контузии или увечья, полученных при исполнении служебных обязанностей (пункт 3 статьи 14).

2.5. Статьей 29 Закона Российской Федерации "О милиции" предусматривается выплата сотруднику милиции при получении им в связи с осуществлением служебной деятельности телесных повреждений, исключающих для него возможность дальнейшего прохождения службы, единовременного пособия в размере пятилетнего денежного содержания из средств соответствующего бюджета с последующим взысканием этой суммы с виновных лиц (часть третья) и денежной компенсации в размере, превышающем сумму назначенной пенсии по указанным в данной статье основаниям, за счет средств соответствующего бюджета либо средств организаций, заключивших с милицией договоры (часть четвертая).

Денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного здоровью, согласно Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких (утверждена Приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 15 октября 1999 года N 805), выплачивается потерпевшему сотруднику органов внутренних дел ежемесячно при назначении ему пенсии по инвалидности, связанной с телесными повреждениями, иным повреждением здоровья, полученными в связи с осуществлением служебной деятельности (при исполнении служебных обязанностей) и ведущими к досрочному увольнению со службы в органах внутренних дел по болезни или ограниченному состоянию здоровья; выплата сумм в возмещение вреда производится финансовым подразделением (бухгалтерией) соответствующего органа внутренних дел в течение всего срока, на который установлена инвалидность (пункты 21 и 23).

Норма части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции", по ее буквальному смыслу, представляет собой установленную данным специальным законом для сотрудников милиции дополнительную социальную гарантию, которая, соответственно, находится за рамками гражданско-правовых обязательств, вытекающих из причинения вреда. Предусмотренная ею денежная компенсация подлежит выплате ежемесячно при наличии лишь факта наступления вреда при исполнении сотрудником милиции служебных обязанностей (увечья или иного повреждения здоровья) при отсутствии вины государственных органов или их должностных лиц в причинении этого вреда.

Следовательно, в системе действующего правового регулирования часть четвертая статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" предполагает выплату государством ежемесячной денежной компенсации сотрудникам милиции в возмещение вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с осуществлением ими служебной деятельности, исключающим для них возможность дальнейшего прохождения службы. Государство в данном случае берет на себя компенсацию причиненного вреда как орган, действующий в публичных интересах. По смыслу правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 27 декабря 2005 года N 523-О, государство, устанавливая систему компенсаций, выступает не как страхователь, не как причинитель вреда и не как должник по деликтному обязательству, а как публичный орган, выражающий общие интересы, и как распорядитель бюджета, создаваемого и расходуемого в общих интересах.

Иное понимание части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" приводило бы к нарушению статей 7, 19 и 39 Конституции Российской Федерации, из которых вытекает необходимость установления для сотрудников милиции по крайней мере не худших по сравнению с гражданами, работающими по трудовому договору, условий возмещения вреда, причиненного их жизни или здоровью при исполнении ими служебных обязанностей, при том что различия в источниках, условиях, порядке и объеме возмещения такого вреда указанным категориям граждан не свидетельствуют о какой-либо дискриминации или неоправданном ограничении прав сотрудников милиции.

Между тем правоприменительная практика, сложившаяся в последние годы, показывает, что, ссылаясь на статью 1084 ГК Российской Федерации, правоприменительные органы отказывают в выплате ежемесячной денежной компенсации сотрудникам милиции в возмещение вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с осуществлением ими служебной деятельности, исключающим для них возможность дальнейшего прохождения службы, при отсутствии виновных противоправных действий органов внутренних дел, других государственных органов или их должностных лиц.

Такое понимание части четвертой статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" во взаимосвязи со статьей 1084 ГК Российской Федерации приводит к несоразмерному ограничению прав сотрудников милиции, не соответствует конституционным принципам социального государства, равенства всех перед законом и судом, а также противоречит самой правовой природе компенсационных выплат, которые должны производиться во всех случаях, когда в системе действующих правовых средств возмещение вреда не обеспечивается в надлежащем объеме, в том числе путем гражданско-правового взыскания с третьих лиц, включая лиц, совершивших правонарушения, которыми был причинен вред жизни или здоровью.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 79, 80 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать не противоречащей Конституции Российской Федерации часть четвертую статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции", поскольку она - по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи со статьей 1084 ГК Российской Федерации - предполагает ежемесячную выплату государством денежной компенсации сотрудникам милиции в возмещение вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с осуществлением ими служебной деятельности, исключающим для них возможность дальнейшего прохождения службы.

Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл указанных законоположений исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

2. Признать не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 7, 19 и 39, часть четвертую статьи 29 Закона Российской Федерации "О милиции" в той мере, в какой она во взаимосвязи со статьей 1084 ГК Российской Федерации - по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, - позволяет правоприменительным органам отказывать в выплате ежемесячной денежной компенсации сотрудникам милиции в возмещение вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с осуществлением ими служебной деятельности, исключающим для них возможность дальнейшего прохождения службы, при отсутствии виновных противоправных действий органов внутренних дел, других государственных органов и их должностных лиц.

3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете" и "Собрании законодательства Российской Федерации". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд

Российской Федерации

3

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 20 июля 2011 г. N 21-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
ЧАСТИ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 29 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"О МИЛИЦИИ" В СВЯЗИ С ЖАЛОБОЙ ГРАЖДАНИНА К.А. ОХОТНИКОВА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.
Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А.
Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева,
М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П.
Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С.
Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
руководствуясь "статьей 125 (часть 4)" Конституции Российской
Федерации, "пунктом 3 части первой", "частями третьей" и "четвертой
статьи 3", "частью первой статьи 21", "статьями 36", "47.1", "74",
"86", "96", "97" и "99" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке
конституционности "части третьей статьи 29" Закона Российской
Федерации "О милиции".
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина К.А. Охотникова.
Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность
в вопросе о том, соответствует ли "Конституции" Российской Федерации
оспариваемое заявителем законоположение.
Заслушав сообщение судьи-докладчика А.И. Бойцова, исследовав
представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд
Российской Федерации

установил:

1. В соответствии с "частью третьей статьи 29" Закона Российской
Федерации от 18 апреля 1991 года N 1026-1 "О милиции" при получении
сотрудником милиции в связи с осуществлением служебной деятельности
телесных повреждений, исключающих для него возможность дальнейшего
прохождения службы, ему выплачивалось единовременное пособие в размере
пятилетнего денежного содержания из средств соответствующего бюджета с
последующим взысканием этой суммы с виновных лиц.
1.1. Оспаривающий конституционность данного законоположения гражданин
К.А. Охотников, проходивший службу в органах внутренних дел на
должности старшего оперуполномоченного боевого отделения отряда
милиции специального назначения криминальной милиции Управления
внутренних дел по Смоленской области, в результате полученной в
служебной командировке в Чеченской Республике военной травмы был
заключением военно-врачебной экспертизы признан негодным к прохождению
службы в указанной должности и годным к военной службе с
незначительными ограничениями (категория "Б"), при этом он был признан
годным к прохождению службы в должностях, отнесенных к 4-й группе
предназначения. Виды деятельности, относящиеся к данной группе
предназначения, были определены "пунктом 7.1.5" действовавших на тот
момент Требований к состоянию здоровья граждан, поступающих на службу,
поступающих в образовательные учреждения, и сотрудников ("Приложение N
1" к Инструкции о порядке проведения военно-врачебной экспертизы в
органах внутренних дел Российской Федерации и внутренних войсках
Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденной
Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 14 июля
2004 года N 440): паспортно-визовая служба; материально-техническая
служба, хозяйственная служба, служба военного обеспечения; службы
медицинские, финансово-экономические, контрольно-ревизионные и
строительные; служба в информационных и вычислительных центрах; служба
вневедомственной охраны (кроме службы в группах задержания пунктов
централизованной охраны); служба в научно-исследовательских и
образовательных учреждениях; служба в секретариатах, юридические
службы, пресс-службы, служба в редакциях газет и журналов; служба в
автохозяйствах и других специальных учреждениях милиции;
фельдъегерская служба (кроме отнесенных к 3-й группе предназначения).
В связи с невозможностью перевода на должность, подходящую ему по
состоянию здоровья, К.А. Охотников 7 апреля 2009 года был уволен со
службы в органах внутренних дел по основанию, предусмотренному
"пунктом "з" части седьмой статьи 19" Закона Российской Федерации "О
милиции" (по ограниченному состоянию здоровья - на основании
заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе
и о невозможности по состоянию здоровья исполнять служебные
обязанности в соответствии с занимаемой должностью при отсутствии
возможности перемещения по службе).
Ленинский районный суд города Смоленска, отказывая решением от 15
сентября 2009 года в удовлетворении иска К.А. Охотникова о взыскании с
Управления внутренних дел по Смоленской области единовременного
пособия в размере пятилетнего денежного содержания, мотивировал свой
отказ тем, что истцу установлена категория "Б" годности к прохождению
военной службы, не исключающая дальнейшее прохождение службы, в то
время как выплата пособия предусмотрена лишь в отношении граждан,
получивших телесные повреждения, при которых дальнейшее прохождение
службы невозможно. Кассационным определением судебной коллегии по
гражданским делам Смоленского областного суда от 24 ноября 2009 года
решение суда первой инстанции оставлено без изменения. В передаче
надзорной жалобы К.А. Охотникова для рассмотрения в судебном заседании
суда надзорной инстанции определением судьи Смоленского областного
суда также было отказано.
"Закон" Российской Федерации "О милиции" в связи с принятием
Федерального "закона" от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции"
утратил силу с 1 марта 2011 года. Однако оспариваемое К.А. Охотниковым
регулирование, по сути, сохранено в "части 5 статьи 43" данного
Федерального закона, согласно которой при получении сотрудником
полиции в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного
повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения
службы в полиции, ему выплачивается единовременное пособие в размере,
равном 60-кратному размеру оклада денежного содержания, установленного
на день выплаты пособия. Кроме того, К.А. Охотников впервые обратился
в Конституционный Суд Российской Федерации до указанной даты, а
следовательно, по смыслу "части второй статьи 43" Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
производство по его жалобе не подлежит прекращению.
1.2. Как следует из "статей 36", "74", "96" и "97" Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
конкретизирующих "статью 125 (часть 4)" Конституции Российской
Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации принимает к
рассмотрению жалобы граждан на нарушение их конституционных прав и
свобод законом, примененным в конкретном деле, рассмотрение которого
завершено в суде, если придет к выводу, что оспариваемые
законоположения затрагивают конституционные права и свободы граждан и
что имеется неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли эти
законоположения "Конституции" Российской Федерации; Конституционный
Суд Российской Федерации принимает постановление только по предмету,
указанному в жалобе, и лишь в отношении той части акта,
конституционность которой подвергается сомнению, оценивая как
буквальный смысл рассматриваемых законоположений, так и смысл,
придаваемый им официальным и иным толкованием или сложившейся
правоприменительной практикой, а также исходя из их места в системе
правовых актов.
Нарушение "частью третьей статьи 29" Закона Российской Федерации "О
милиции" своих конституционных прав, гарантированных "статьями 7",
"19" и "39" Конституции Российской Федерации, заявитель усматривает в
том, что данная норма не позволяет получить предусмотренное ею
единовременное пособие в случае, когда уволенный по состоянию здоровья
сотрудник милиции не имеет реальной возможности продолжить прохождение
службы ни в той же должности, при занятии которой им были получены
телесные повреждения, ни в какой-либо иной.
Соответственно, "часть третья статьи 29" Закона Российской Федерации
"О милиции", как предусматривавшая выплату единовременного пособия в
размере пятилетнего денежного содержания сотруднику милиции,
получившему в связи с осуществлением служебной деятельности телесные
повреждения, исключающие для него возможность дальнейшего прохождения
службы, и является предметом рассмотрения Конституционного Суда
Российской Федерации по настоящему делу.
2. Согласно "Конституции" Российской Федерации человек, его права и
свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав
и свобод человека и гражданина - обязанность государства "(статья 2)";
в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого
направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и
свободное развитие человека, охраняются труд и здоровье людей,
обеспечивается государственная поддержка инвалидов, устанавливаются
государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты
"(статья 7)", каждому гарантируется социальное обеспечение в случае
болезни и инвалидности "(статья 39, часть 1)", каждый имеет право на
охрану здоровья и медицинскую помощь "(статья 41, часть 1)".
Российская Федерация, будучи социальным государством, обязана
стремиться к максимальному социальному эффекту в сфере защиты здоровья
граждан и возмещения им вреда, причиненного увечьем или иным
повреждением здоровья в связи с осуществлением ими трудовой
(служебной) деятельности, используя для этого все необходимые правовые
средства, включая частноправовые (страхование, возмещение вреда) и
публично-правовые (государственное и социальное страхование,
социальное обеспечение, денежные компенсации) институты.
Служба в органах внутренних дел Российской Федерации, посредством
прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, по смыслу
"статьи 37 (часть 1)" Конституции Российской Федерации во взаимосвязи
с ее "статьями 32 (часть 4)", "72 (пункт "б" части 1)" и "114 (пункт
"е")", представляет собой особый вид государственной службы,
непосредственно связанной с обеспечением общественного порядка,
законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в
публичных интересах. Лица, несущие такую службу, выполняют
конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой
статус, а также содержание и характер обязанностей государства по
отношению к ним. Обязанности, возлагаемые на этих лиц, предполагают
необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в
том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что
в силу "статей 1 (часть 1)", "2", "7", "37" ("части 1" и "3"), "39"
("части 1" и "2"), "41 (часть 1)", "45 (часть 1)" и "71 (пункт "в")"
Конституции Российской Федерации влечет обязанность государства
гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае
причинения вреда жизни или здоровью при прохождении службы.
Исходя из этого государство обязано гарантировать сотрудникам милиции
возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с исполнением ими
служебных обязанностей, в объеме, позволяющем в максимальной степени
компенсировать последствия изменения их материального и (или)
социального статуса.
Приведенные правовые позиции, изложенные Конституционным Судом
Российской Федерации в Постановлениях от 26 декабря 2002 года "N 17-П"
и от 15 июля 2009 года "N 13-П", сохраняют свою силу.
3. Единовременное пособие в размере пятилетнего денежного содержания,
предусматривавшееся "частью третьей статьи 29" Закона Российской
Федерации "О милиции", по своей правовой природе выступало наряду с
обязательным государственным страхованием элементом особого
публично-правового механизма возмещения вреда пострадавшим сотрудникам
милиции и являлось дополнительной социальной гарантией,
предоставляемой в случае невозможности продолжения службы в связи с
получением телесных повреждений при осуществлении служебной
деятельности.
К числу сотрудников милиции, для которых вследствие телесных
повреждений, полученных при осуществлении служебной деятельности,
исключалось дальнейшее прохождение службы, относились - согласно
сложившейся правоприменительной практике с учетом положений "пункта
19" Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти)
или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также
ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или
его близких (утверждена "Приказом" Министерства внутренних дел
Российской Федерации от 15 октября 1999 года N 805), устанавливающего
основания для издания приказа о выплате указанного единовременного
пособия, - сотрудники милиции, которые заключением военно-врачебной
комиссии о категории годности к военной службе признавались либо не
годными к военной службе (категория "Д"), либо ограниченно годными к
военной службе (категория "В") при отсутствии возможности перемещения
по службе.
Эти лица увольнялись со службы в милиции, соответственно, по болезни -
на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к
службе в органах внутренних дел ("пункт "ж" части седьмой статьи 19"
Закона Российской Федерации "О милиции") либо по ограниченному
состоянию здоровья - на основании заключения военно-врачебной комиссии
об ограниченной годности к службе и о невозможности по состоянию
здоровья исполнять служебные обязанности в соответствии с занимаемой
должностью при отсутствии возможности перемещения по службе ("пункт
"з" части седьмой статьи 19" Закона Российской Федерации "О милиции").
Вместе с тем по "пункту "з" части седьмой статьи 19" Закона Российской
Федерации "О милиции" допускалось увольнение не только лиц,
ограниченно годных к военной службе (категория "В"), но и лиц, годных
к военной службе с незначительными ограничениями (категория "Б").
Следовательно, при применении этой нормы между сотрудниками милиции,
относящимися к обеим названным категориям, не делалось различий (при
том что тяжесть повреждений, причиненных их здоровью при исполнении
служебных обязанностей, была разной).
Препятствием для дальнейшего прохождения службы в милиции при
получении сотрудником телесных повреждений в связи с осуществлением
служебной деятельности и признании его ограниченно годным к военной
службе (категория "В") или годным к прохождению военной службы с
незначительными ограничениями (категория "Б") являлись его
неспособность по состоянию здоровья исполнять служебные обязанности по
занимаемой должности и невозможность перемещения на другую должность -
либо в связи с отсутствием соответствующих вакансий, либо если
получивший телесное повреждение сотрудник милиции не имел
профессионального образования и не обладал навыками, необходимыми для
занятия должности, исполнение обязанностей по которой возможно при
наличии ограничений по состоянию здоровья. При этом отсутствие
реальной перспективы перемещения на другую должность с неизбежностью
влекло за собой увольнение в связи с невозможностью дальнейшего
прохождения службы как лиц, относящихся к категории "В", так и лиц,
относящихся к категории "Б". О невозможности продолжения службы в
таких случаях свидетельствовал сам факт увольнения со службы в
милиции.
Следовательно, всем сотрудникам милиции, получившим телесные
повреждения в связи с осуществлением служебной деятельности и
уволенным со службы в милиции по "пункту "з" части седьмой статьи 19"
Закона Российской Федерации "О милиции", на равных основаниях должно
быть обеспечено право на единовременное пособие, предусматривавшееся
"частью третьей его статьи 29" Закона Российской Федерации "О
милиции", что соотносится с вытекающей из "статей 1 (часть 1)", "2",
"7", "37" ("части 1" и "3"), "39" ("части 1" и "2"), "41 (часть 1)",
"45 (часть 1)" и "71 (пункт "в")" Конституции Российской Федерации
обязанностью государства предоставить этим лицам материальное
обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью
при прохождении службы (Постановления Конституционного Суда Российской
Федерации от 26 декабря 2002 года "N 17-П" и от 15 июля 2009 года "N
13-П").
Невыплата данного единовременного пособия сотрудникам милиции,
признанным годными к прохождению военной службы с незначительными
ограничениями (категория "Б"), при увольнении со службы по основанию,
предусмотренному "пунктом "з" части седьмой статьи 19" Закона
Российской Федерации "О милиции", является отступлением при
осуществлении права на социальное обеспечение от конституционного
принципа равенства, означающего, помимо прочего, запрет вводить такие
ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не
имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения
с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях). Как
неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, любая
дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной
сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям
"Конституции" Российской Федерации, в том числе вытекающим из
закрепленного ею принципа равенства, в соответствии с которыми такие
различия допустимы, если они объективно оправданны, обоснованны и
преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения
этих целей правовые средства соразмерны им (Постановления от 24 мая
2001 года "N 8-П", от 3 июня 2004 года "N 11-П", от 5 апреля 2007 года
"N 5-П", от 10 ноября 2009 года "N 17-П", от 20 декабря 2010 года "N
21-П").
4. Таким образом, "часть третья статьи 29" Закона Российской Федерации
"О милиции" не соответствует "Конституции" Российской Федерации, ее
"статьям 7 (часть 2)", "19" ("части 1" и "2") и "39 (часть 1)", в той
мере, в какой в системе действовавшего правового регулирования она не
предполагала выплату единовременного пособия сотрудникам милиции,
получившим телесные повреждения в связи с осуществлением служебной
деятельности, признанным годными к прохождению военной службы с
незначительными ограничениями (категория "Б") и уволенным со службы по
"пункту "з" части седьмой статьи 19" Закона Российской Федерации "О
милиции" - по ограниченному состоянию здоровья на основании заключения
военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе и о
невозможности по состоянию здоровья исполнять служебные обязанности в
соответствии с занимаемой должностью при отсутствии возможности
перемещения по службе.
При этом федеральный законодатель в рамках предоставленной ему
дискреции вправе осуществить - с учетом различной тяжести телесных
повреждений, полученных при исполнении обязанностей службы в милиции,
и, следовательно, различной степени утраты способности к прохождению
службы лицами, уволенными со службы по "пункту "з" части седьмой
статьи 19" Закона Российской Федерации "О милиции" ввиду признания их
годными к прохождению военной службы с незначительными ограничениями
(категория "Б"), и лицами, уволенными по тому же основанию ввиду
признания их ограниченно годными к военной службе (категория "В"), -
дифференциацию размеров единовременного пособия, которое подлежит
выплате лицам, уволенным со службы ввиду невозможности дальнейшего ее
прохождения.
Исходя из изложенного и руководствуясь "частью второй статьи 71",
"статьями 72", "74", "75", "79" и "100" Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный
Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать "часть третью статьи 29" Закона Российской Федерации "О
милиции" не соответствующей "Конституции" Российской Федерации, ее
"статьям 7 (часть 2)", "19" ("части 1" и "2") и "39 (часть 1)", в той
мере, в какой в системе действовавшего правового регулирования она не
предполагала выплату единовременного пособия сотрудникам милиции,
получившим телесные повреждения в связи с осуществлением служебной
деятельности, признанным годными к прохождению военной службы с
незначительными ограничениями (категория "Б") и уволенным со службы по
"пункту "з" части седьмой статьи 19" Закона Российской Федерации "О
милиции" - по ограниченному состоянию здоровья на основании заключения
военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе и о
невозможности по состоянию здоровья исполнять служебные обязанности в
соответствии с занимаемой должностью при отсутствии возможности
перемещения по службе.
2. Правоприменительные решения, принятые в отношении гражданина
Охотникова Константина Алексеевича, подлежат пересмотру в
установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.
3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию,
вступает в силу со дня его опубликования, действует непосредственно и
не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
4. Согласно "статье 78" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление
подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете" и
"Собрании законодательства Российской Федерации". Постановление должно
быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской
Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

4

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 17 мая 2011 г. N 8-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
РЯДА ПОЛОЖЕНИЙ СТАТЬИ 18 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О СТАТУСЕ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ", СТАТЬИ 5 ФЕДЕРАЛЬНОГО
ЗАКОНА "ОБ ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ СТРАХОВАНИИ
ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ, ГРАЖДАН, ПРИЗВАННЫХ
НА ВОЕННЫЕ СБОРЫ, ЛИЦ РЯДОВОГО И НАЧАЛЬСТВУЮЩЕГО СОСТАВА
ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,
ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОТИВОПОЖАРНОЙ СЛУЖБЫ, ОРГАНОВ ПО КОНТРОЛЮ
ЗА ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ И ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ,
СОТРУДНИКОВ УЧРЕЖДЕНИЙ И ОРГАНОВ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ
СИСТЕМЫ" И СТАТЬИ 1084 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ В СВЯЗИ С ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН А.П. КУЗЬМЕНКО
И А.В. ОРЛОВА И ЗАПРОСОМ ИЗБЕРБАШСКОГО ГОРОДСКОГО
СУДА РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.
Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Ю.М.
Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова,
С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В.
Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г.
Ярославцева,
с участием представителя граждан А.П. Кузьменко и А.В. Орлова -
адвоката И.А. Яшкова, постоянного представителя Государственной Думы в
Конституционном Суде Российской Федерации А.Н. Харитонова,
представителя Совета Федерации - доктора юридических наук Е.В.
Виноградовой, полномочного представителя Президента Российской
Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.В. Кротова,
руководствуясь "статьей 125 (часть 4)" Конституции Российской
Федерации, "пунктом 3 части первой", "частями третьей" и "четвертой
статьи 3", "частью первой статьи 21", "статьями 36", "74", "86", "96",
"97", "99", "101", "102" и "104" Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности ряда
положений "статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих",
"статьи 5" Федерального закона "Об обязательном государственном
страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на
военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов
внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной
службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и
психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов
уголовно-исполнительной системы" и "статьи 1084" ГК Российской
Федерации.
Поводом к рассмотрению дела явились жалобы граждан А.П. Кузьменко и
А.В. Орлова, а также запрос Избербашского городского суда Республики
Дагестан. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся
неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли "Конституции"
Российской Федерации оспариваемые заявителями законоположения.
Поскольку жалобы граждан и запрос суда касаются одного и того же
предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь
"статьей 48" Федерального конституционного закона "О Конституционном
Суде Российской Федерации", соединил дела по этим обращениям в одном
производстве.
Заслушав сообщение судьи-докладчика С.М. Казанцева, объяснения
представителей сторон, выступления приглашенных в заседание
полномочного представителя Правительства Российской Федерации в
Конституционном Суде Российской Федерации М.Ю. Барщевского,
представителей: от Верховного Суда Российской Федерации - судьи
Верховного Суда Российской Федерации И.В. Крупнова, от Министерства
юстиции Российской Федерации - Е.А. Борисенко, от Генерального
прокурора Российской Федерации - Т.А. Васильевой, исследовав
представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд
Российской Федерации

установил:

1. Заявители по настоящему делу граждане А.П. Кузьменко и А.В. Орлов -
бывшие военнослужащие, являющиеся инвалидами вследствие военной
травмы, и Избербашский городской суд Республики Дагестан, в
производстве которого находится дело по иску гражданина М.Г.
Магомедова, также являющегося инвалидом вследствие военной травмы,
оспаривают конституционность нормативного регулирования, связанного с
возмещением вреда, причиненного здоровью военнослужащих, ставших
инвалидами вследствие травмы, полученной при исполнении обязанностей
военной службы.
1.1. Гражданин А.П. Кузьменко в 1987 году был уволен с военной службы
в отставку по болезни ("пункт "б" статьи 60" Положения о прохождении
воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР,
утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 18 марта 1985
года N 240) и признан инвалидом III группы вследствие военной травмы,
полученной им в 1981 году во время командировки в Демократическую
Республику Афганистан в качестве военнослужащего внутренних войск МВД
СССР. Главным управлением внутренних дел Ростовской области ему
назначена и выплачивается пенсия по инвалидности.
Решением Ворошиловского районного суда города Ростова-на-Дону от 22
апреля 2008 года, оставленным без изменения определением судебной
коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 мая
2008 года, А.П. Кузьменко было отказано в удовлетворении исковых
требований к Министерству внутренних дел Российской Федерации и
управлению Северо-Кавказского регионального командования внутренних
войск Министерства внутренних дел Российской Федерации о возмещении
вреда, причиненного здоровью в период прохождения военной службы.
Постановлением президиума Ростовского областного суда от 13 ноября
2008 года решение суда кассационной инстанции было отменено и дело
направлено на новое кассационное рассмотрение. Определением от 15
декабря 2008 года судебная коллегия по гражданским делам Ростовского
областного суда вновь оставила решение суда первой инстанции без
изменения, указав, что сведения об установлении вины ответчиков в
причинении вреда здоровью истца в материалах дела отсутствуют, а факт
причинения вреда его здоровью в период прохождения военной службы,
равно как и последующее признание его инвалидом не могут повлечь
наступление ответственности ответчиков перед истцом без вины.
Гражданин А.В. Орлов, получивший в 1983 году при выполнении
практических стрельб огнестрельное ранение в голову, в 2003 году был
признан негодным к военной службе вследствие повреждения здоровья,
полученного при исполнении обязанностей военной службы, в 2004 году
уволен с военной службы в отставку и признан инвалидом II группы
вследствие военной травмы. Военным комиссариатом Ростовской области
ему назначена и выплачивается пенсия по инвалидности по линии
Министерства обороны Российской Федерации.
Октябрьский районный суд города Ростова-на-Дону решением от 16
сентября 2005 года удовлетворил исковые требования А.В. Орлова к
Министерству обороны Российской Федерации и военному комиссариату
Ростовской области о возмещении вреда, причиненного здоровью, в виде
ежемесячных выплат. Постановлением президиума Ростовского областного
суда от 2 ноября 2006 года данное решение было отменено и дело
направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.
Отказывая А.В. Орлову в удовлетворении очередного иска к Министерству
обороны Российской Федерации в лице военного комиссариата Ростовской
области о возмещении вреда, причиненного здоровью, Октябрьский
районный суд города Ростова-на-Дону в решении от 20 мая 2008 года,
оставленном без изменения определением судебной коллегии по
гражданским делам Ростовского областного суда от 3 июля 2008 года,
исходил из того, что сам по себе факт получения военнослужащим травмы
в период прохождения военной службы порождает для него право на
возмещение вреда в виде повышенной пенсии и единовременных выплат,
предусмотренных "статьей 18" Федерального закона "О статусе
военнослужащих", требовать же возмещения вреда в виде ежемесячных
выплат по правилам "главы 59" ГК Российской Федерации он может лишь
при условии, что именно ответчики являются причинителями вреда.
А.П. Кузьменко оспаривает конституционность "статей 1064" и "1084" -
"1094" ГК Российской Федерации, "статьи 18" Федерального закона от 27
мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" и "статьи 5"
Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном
государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан,
призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава
органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной
противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических
средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов
уголовно-исполнительной системы". Хотя на момент увольнения А.П.
Кузьменко с военной службы возмещение вреда, причиненного жизни или
здоровью военнослужащего в связи с исполнением им обязанностей военной
службы, осуществлялось на основании ныне утративших силу нормативных
правовых актов СССР, на него, как на относящегося к уволенным с
военной службы в Вооруженных Силах, внутренних войсках и других
воинских формированиях Союза ССР, в силу "пункта 5 статьи 2"
Федерального закона "О статусе военнослужащих" распространяются
социальные гарантии и компенсации, которые предусмотрены данным
Федеральным "законом", а также иными федеральными конституционными
законами и федеральными законами, а следовательно, он может быть
признан надлежащим заявителем по настоящем делу.
А.В. Орлов помимо "статьи 18" Федерального закона "О статусе
военнослужащих", "пунктов 1" и "2 статьи 1064" и "статьи 1084" ГК
Российской Федерации оспаривает конституционность "статьи 2"
Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О
государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации".
По мнению заявителей, указанные законоположения - в той мере, в какой
по смыслу, придаваемому им правоприменительной (судебной) практикой,
эти законоположения позволяют необоснованно отказывать в выплате
ежемесячной денежной компенсации военнослужащим в возмещение вреда,
причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с
выполнением ими обязанностей военной службы, исключающим для них
возможность дальнейшего прохождения службы, ставя их тем самым в
неравное положение с гражданами, работающими по трудовому договору, -
нарушают конституционные гарантии обеспечения государственной
поддержки инвалидов - бывших военнослужащих, а также право на
государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и
гражданина, а потому не соответствуют "статьям 7", 19 ("части 1" и
"2"), "39 (часть 1)", "45 (часть 1)", "46 (часть 1)" и 55 ("части 2" и
"3") Конституции Российской Федерации.
1.2. Избербашский городской суд Республики Дагестан решением от 17
декабря 2008 года частично удовлетворил иск гражданина М.Г.
Магомедова, которому в связи с ранением, полученным в 1995 году во
время прохождения военной службы по контракту, территориальным органом
Пенсионного фонда Российской Федерации назначена и выплачивается
пенсия по инвалидности и который был уволен с военной службы в 1999
году, а в 2000 году признан инвалидом I группы вследствие военной
травмы, и обязал Министерство финансов Российской Федерации выплатить
истцу единовременно денежную компенсацию в возмещение вреда,
причиненного здоровью, и установить соответствующие ежемесячные
выплаты. Кассационным определением судебной коллегии по гражданским
делам Верховного Суда Республики Дагестан от 29 апреля 2009 года
данное решение было отменено и в удовлетворении исковых требований
отказано на том основании, что причинитель вреда не установлен, а вина
Министерства обороны Российской Федерации не доказана.
Принятое по иску М.Г. Магомедова к Министерству обороны Российской
Федерации о возмещении вреда, причиненного здоровью, решение
Избербашского городского суда Республики Дагестан от 22 июня 2010
года, который, применив по аналогии "Постановление" Конституционного
Суда Российской Федерации от 15 июля 2009 года N 13-П, присудил к
взысканию с ответчика единовременной денежной компенсации и
ежемесячных денежных выплат, отменено кассационным определением
судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики
Дагестан от 8 сентября 2010 года, дело направлено на новое
рассмотрение в тот же суд с указанием на то, что применение по
аналогии судебного постановления, в том числе постановления
Конституционного Суда Российской Федерации, гражданским и гражданским
процессуальным законодательством не предусмотрено.
Избербашский городской суд Республики Дагестан, в производстве
которого в настоящее время находится дело по иску М.Г. Магомедова к
Министерству обороны Российской Федерации о возмещении вреда,
причиненного здоровью при исполнении им обязанностей военной службы, в
виде ежемесячных денежных выплат с последующей их индексацией, а также
компенсации морального вреда, просит признать не соответствующими
"статьям 7 (часть 2)", 19 ("части 1" и "2") и "39 (часть 1)"
Конституции Российской Федерации подлежащие применению при разрешении
данного дела "статьи 1064" и "1084" ГК Российской Федерации во
взаимосвязи с "пунктом 1 статьи 18" Федерального закона "О статусе
военнослужащих" в той мере, в какой они, позволяя отказывать в выплате
ежемесячной денежной компенсации военнослужащим, проходившим военную
службу по контракту, здоровью которых был причинен вред вследствие
увечья (ранения, травмы, контузии) при исполнении ими обязанностей
военной службы, в счет возмещения заработка (денежного довольствия),
утраченного в связи с невозможностью дальнейшего прохождения службы,
при отсутствии виновных действий со стороны государственных органов и
их должностных лиц, нарушают конституционные принципы социального
государства, равенства всех перед законом и судом и обеспечения
государственной поддержки инвалидов - бывших военнослужащих.

1.3. Как следует из "статей 74", "96", "97", "101" и "102"
Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
проверяет по жалобе гражданина конституционность законоположений,
примененных в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде,
и затрагивающих конституционные права и свободы, на нарушение которых
ссылается заявитель, а по запросу суда - конституционность
законоположений, подлежащих, по мнению суда, применению в
рассматриваемом им конкретном деле; Конституционный Суд Российской
Федерации принимает постановление только по предмету, указанному в
обращении, и лишь в отношении той части акта, конституционность
которой подвергается сомнению, оценивая как буквальный смысл
рассматриваемых законоположений, так и смысл, придаваемый им
официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной
практикой, а также исходя из их места в системе правовых норм; при
принятии решения Конституционный Суд Российской Федерации не связан
основаниями и доводами, изложенными в обращении.
Положения "статьи 2" Федерального закона "О государственном пенсионном
обеспечении в Российской Федерации", конституционность которой
оспаривается гражданином А.В. Орловым, раскрывают содержание понятий,
используемых в целях данного Федерального "закона", устанавливающего в
соответствии с "Конституцией" Российской Федерации основания
возникновения права на пенсию по государственному пенсионному
обеспечению и порядок ее назначения. Эти нормы-дефиниции, так же как и
положения Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие
общие основания ответственности за причинение вреда "(статья 1064)",
объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья
"(статья 1085)", правила определения заработка (дохода), утраченного в
результате повреждения здоровья "(статья 1086)", основания и порядок
изменения или увеличения размера возмещения, осуществления платежей по
возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью ("статьи 1090" -
"1093"), направлены на обеспечение защиты интересов гражданина,
здоровью которого был причинен вред, путем возмещения ему утраченного
заработка (дохода), а также дополнительно понесенных расходов,
вызванных повреждением здоровья, и как таковые не могут
рассматриваться как нарушающие какие-либо конституционные права и
свободы.
"Статьи 1087" - "1089" и "1094" ГК Российской Федерации, регулирующие
возмещение вреда при повреждении здоровья лица, не достигшего
совершеннолетия, возмещение вреда лицам, понесшим ущерб в результате
смерти кормильца, и возмещение расходов на погребение,
конституционность которых оспаривает гражданин А.П. Кузьменко, в его
деле не применялись. Не применялись в делах граждан А.П. Кузьменко и
А.В. Орлова положения "статьи 18" Федерального закона "О статусе
военнослужащих", предоставляющие членам семей погибших (умерших)
военнослужащих право на получение единовременного пособия в
установленных размерах "(пункт 2)", определяющие размер
единовременного пособия, выплачиваемого военнослужащим, проходящим
военную службу по призыву, гражданам, призванным на военные сборы в
качестве солдат, матросов, сержантов и старшин, при досрочном
увольнении с военной службы (отчислении с военных сборов) в связи с
признанием их негодными к военной службе вследствие увечья (ранения,
травмы, контузии) либо заболевания, полученных ими при исполнении
обязанностей военной службы "(абзац третий пункта 3)",
предусматривающие право военнослужащих на возмещение убытков и
компенсацию морального вреда ("пункты 4" и "5"), устанавливающие, что
возмещение вреда и гарантии правовой и социальной защиты
военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, пострадавших от
радиационных воздействий, а также гарантии погребения погибших
(умерших) военнослужащих определяются федеральными законами и иными
нормативными правовыми актами Российской Федерации ("пункты 6" и "7").
Соответственно, производство по жалобам граждан А.П. Кузьменко и А.В.
Орлова и запросу Избербашского городского суда Республики Дагестан в
части, касающейся оспаривания конституционности указанных положений
"статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих", равно как
и "статьи 2" Федерального закона "О государственном пенсионном
обеспечении в Российской Федерации", а также "статей 1064" и "1085" -
"1094" ГК Российской Федерации, подлежит прекращению в силу "пункта 2
части первой статьи 43" и "статьи 68" Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Таким образом, допустимыми в соответствии с названным Федеральным
конституционным законом данные обращения признаются в части,
касающейся проверки конституционности положений "статьи 18"
Федерального закона "О статусе военнослужащих", закрепляющих
требование обязательного государственного личного страхования
военнослужащих за счет средств федерального бюджета, основания,
условия и порядок которого устанавливаются федеральными законами и
иными нормативными правовыми актами Российской Федерации "(пункт 1)",
и определяющих размер единовременного пособия, выплачиваемого
военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, при досрочном
увольнении с военной службы в связи с признанием их негодными к
военной службе вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) либо
заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы
("абзацы первый" и "второй пункта 3"), "статьи 5" Федерального закона
"Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья
военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и
начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации,
Государственной противопожарной службы, органов по контролю за
оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников
учреждений и органов уголовно-исполнительной системы",
предусматривающей порядок определения размеров страховых сумм по
обязательному государственному страхованию военнослужащих в
зависимости от различных страховых случаев, и "статьи 1084" ГК
Российской Федерации, устанавливающей правила возмещения вреда,
причиненного жизни или здоровью граждан при исполнении обязанностей
военной службы.
Именно эти законоположения в их взаимосвязи, как служащие основанием
для определения объема возмещения вреда, причиненного здоровью
военнослужащих, ставших инвалидами вследствие увечья (ранения, травмы,
контузии), полученного при исполнении обязанностей военной службы, при
отсутствии виновных противоправных действий государственных органов и
их должностных лиц, и являются предметом рассмотрения Конституционного
Суда Российской Федерации по настоящему делу.

2. Согласно "Конституции" Российской Федерации в Российской Федерации
охраняется труд и здоровье людей, обеспечивается государственная
поддержка инвалидов, устанавливаются государственные пенсии, пособия и
иные гарантии социальной защиты "(статья 7, часть 2)", гарантируется
равенство прав и свобод человека и гражданина "(статья 19, часть 2)",
достоинство личности охраняется государством "(статья 21, часть 1)",
каждому гарантируются социальное обеспечение в случае болезни,
инвалидности и в иных случаях, установленных законом "(статья 39,
часть 1)", а также право на охрану здоровья и медицинскую помощь
"(статья 41, часть 1)".
Приведенные положения "Конституции" Российской Федерации обязывают
государство разработать, используя для этого все необходимые средства
- как частноправовые (добровольное страхование, возмещение вреда), так
и публично-правовые (государственное страхование, социальное
обеспечение и др.), эффективный организационно-правовой механизм
возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина в связи с
исполнением им служебных обязанностей, включая обязанности военной
службы, которую граждане Российской Федерации несут в соответствии с
федеральным законом ("статья 59, часть 2", Конституции Российской
Федерации).
Военная служба, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в
"Постановлении" от 26 декабря 2002 года N 17-П, представляет собой
особый вид государственной службы, непосредственно связанной с
обеспечением обороны страны и безопасности государства и,
следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие
военную службу, выполняют конституционно значимые функции, чем
обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер
обязанностей государства по отношению к ним. Соответственно,
военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме
жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы,
которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в
любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для
жизни и здоровья, а государство гарантирует адекватное возмещение
вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащего в связи с
исполнением им обязанностей военной службы.
Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого вреда,
относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя
на основании статей 37 ("части 1" и "3"), 39 ("части 1" и "2"), "41
(часть 1)", "45 (часть 1)", 59 ("части 1" и "2") и 71 ("пункты "в"",
""м"") Конституции Российской Федерации правовое регулирование в
данной сфере, обязан предусматривать эффективные гарантии реализации
прав военнослужащих, соответствующие правовой природе и целям
возмещения вреда, причиненного их здоровью, характеру возникающих
между ними и государством правоотношений.
3. Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к
военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции,
а также необходимость обеспечения эффективной государственной
поддержки инвалидов вследствие военной травмы, федеральный
законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов
возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при
исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное
государственное страхование их жизни и здоровья, специальное
пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, предназначение
которых - в максимальной степени компенсировать последствия изменения
материального и социального статуса военнослужащего, обеспечив уровень
возмещения вреда, соразмерный денежному довольствию, которое он
получал на момент увольнения с военной службы.
Во исполнение предписания "пункта 1 статьи 969" ГК Российской
Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов
государства "статьей 18" Федерального закона "О статусе
военнослужащих" предусмотрена обязательность государственного личного
страхования военнослужащих за счет средств федерального бюджета
"(пункт 1)", а условия и порядок его осуществления определены
Федеральным "законом" "Об обязательном государственном страховании
жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы,
лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел
Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов
по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ,
сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы".
К числу страховых случаев при осуществлении обязательного
государственного страхования названный Федеральный "закон" относит
установление застрахованному лицу инвалидности в период прохождения
военной службы либо до истечения одного года после увольнения с
военной службы вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или
заболевания, полученных в период прохождения военной службы, и
предусматривает в "статье 5" порядок определения размеров страховых
сумм в зависимости от установленной группы инвалидности (75, 50 и 25
окладов месячного денежного содержания соответственно) и их
корректировку в случае изменения группы инвалидности при
переосвидетельствовании в федеральном учреждении медико-социальной
экспертизы, а также выплату 10 окладов застрахованному лицу,
получившему в период прохождения военной службы тяжелое увечье
(ранение, травму, контузию), и 5 окладов - получившему легкое увечье
(ранение, травму, контузию).
Получение военнослужащими, проходящими военную службу по контракту,
страховых сумм по обязательному страхованию при досрочном увольнении с
военной службы в связи с признанием их негодными к военной службе
вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) не препятствует
предоставлению им других денежных выплат и иных видов компенсаций,
имеющих целью возмещение вреда здоровью, в частности единовременного
пособия в размере 60 окладов денежного содержания, установленных на
день выплаты пособия. Данная выплата, предусмотренная "пунктом 3
статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих",
представляет собой, как указал Конституционный Суд Российской
Федерации в "Постановлении" от 20 октября 2010 года N 18-П,
дополнительную социальную гарантию, установленную специальным законом
для соответствующей категории граждан, в отношении которых государство
берет на себя компенсацию причиненного вреда как орган, действующий в
публичных интересах.
Единовременные выплаты, предусмотренные названными Федеральными
законами, предоставляются военнослужащим независимо от пенсии по
инвалидности, назначаемой и выплачиваемой на основании "Закона"
Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О пенсионном
обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах
внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по
контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ,
учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей".
Поскольку пенсия по государственному пенсионному обеспечению
определяется в "статье 2" Федерального закона "О государственном
пенсионном обеспечении в Российской Федерации" как ежемесячная
денежная выплата, предоставляемая гражданам в том числе в целях
компенсации утраченного заработка (дохода), пенсия по инвалидности,
соответственно, имеет целью текущее (постоянное) жизнеобеспечение
нетрудоспособных военнослужащих, ставших инвалидами, и призвана
восполнить утраченный ими в связи с невозможностью дальнейшего
прохождения службы заработок (денежное содержание).
Федеральный "закон" "О статусе военнослужащих" сохраняет за такими
военнослужащими ряд иных мер социальной защиты, в том числе оказание
медицинской помощи, санаторно-курортное лечение, проезд к месту этого
лечения и обратно, а "Указом" Президента Российской Федерации от 1
августа 2005 года N 887 "О мерах по улучшению материального положения
инвалидов вследствие военной травмы" с 1 сентября 2005 года для
граждан Российской Федерации, признанных в установленном порядке
инвалидами вследствие военной травмы, введено дополнительно к пенсиям
и другим выплатам ежемесячное материальное обеспечение в размере 1000
рублей.
Кроме того, на военнослужащих, ставших инвалидами вследствие ранения,
контузии или увечья, полученных при исполнении обязанностей военной
службы, распространяются меры социальной поддержки, предусмотренные
"статьей 14" Федерального закона от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О
ветеранах" для инвалидов боевых действий: они приобретают право на
льготы по медицинскому обслуживанию, предоставлению и использованию
отпусков, зачислению в образовательные учреждения профессионального
образования и стипендиальному обеспечению, а также на внеочередную
установку квартирного телефона и внеочередной прием в дома-интернаты
для престарелых и инвалидов, центры социального обслуживания, на
обслуживание отделениями социальной помощи на дому ("пункты 1" и "3").
Таким образом, в системе действующего правового регулирования создан
специальный публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного
здоровью военнослужащих, ставших инвалидами вследствие военной травмы,
предназначение которого - восполнение понесенных ими материальных
потерь в связи с невозможностью дальнейшего прохождения военной службы
вследствие полученного увечья (ранения, травмы, контузии) или иного
повреждения здоровья в связи с выполнением обязанностей военной
службы. Положения "пункта 1" и "абзацев первого" и "второго пункта 3
статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих" являются
элементами данного публично-правового механизма и как таковые не
предполагают, что возмещение вреда, причиненного здоровью указанных
военнослужащих, может сводиться только к выплате страховых сумм и
единовременного пособия.
4. Согласно "статье 1084" ГК Российской Федерации вред, причиненный
жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной
службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей,
возмещается по правилам главы 59 ("статьи 1064" - "1101") данного
Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер
ответственности.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в "Постановлении"
от 20 октября 2010 года N 18-П, в системной связи со "статьей 1064" ГК
Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности
за причинение вреда, и его "статьей 1069", в силу которой вред,
причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных
органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет
соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению
вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в
порядке "главы 59" ГК Российской Федерации за счет соответствующей
казны возникает в случае установления вины государственных органов или
их должностных лиц в причинении данного вреда.
Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что "статья
1084" ГК Российской Федерации не исключает, а, напротив, предполагает
обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения такого
вреда, но лишь в качестве меры гражданско-правовой ответственности
государственных органов или их должностных лиц как причинителей этого
вреда, и позволяет использовать дополнительно к публично-правовым
средствам социальной защиты военнослужащих меры гражданско-правовой
ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц
государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при
исполнении им обязанностей военной службы установлена.
Из приведенной правовой позиции следует, что данная "статья", как
направленная на возмещение - в рамках гражданско-правового
регулирования - вреда военнослужащим, получившим увечье (ранение,
травму, контузию) или иное повреждение здоровья при исполнении
обязанностей военной службы, сама по себе не может рассматриваться как
нарушающая права данной категории граждан, в том числе гарантированные
"статьями 7", 19 ("части 1" и "2") и "39 (часть 1)" Конституции
Российской Федерации, поскольку все военнослужащие имеют равную с
другими гражданами возможность использования гражданско-правовых
механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого
возмещения.

5. Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации применительно
к возмещению вреда военнослужащим, которые получили увечье (ранение,
травму, контузию) в условиях боевых действий при исполнении
обязанностей военной службы и впоследствии стали инвалидами, в
случаях, когда непосредственный причинитель вреда не установлен,
отсутствие в правовом регулировании надлежащего правового механизма
возмещения вреда указанным гражданам, сопоставимого по объему и
характеру с существующими и применяемыми в отношении тех граждан, вред
которым подлежит возмещению как по правилам, предусмотренным "главой
59" ГК Российской Федерации, так и в соответствии со специальным
законом, в частности для граждан, подвергшихся радиации вследствие
техногенных катастроф, для участников групп особого риска, означает,
что законодатель не достиг цели, которая преследуется при охране
такого блага, как здоровье человека ("Определение" от 11 июля 2006
года N 276-О).
Положения "пункта 1" и "абзацев первого" и "второго пункта 3 статьи
18" Федерального закона "О статусе военнослужащих" во взаимосвязи со
"статьей 5" Федерального закона "Об обязательном государственном
страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на
военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов
внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной
службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и
психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов
уголовно-исполнительной системы" имеют целью обеспечение в рамках
публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного здоровью
военнослужащих - инвалидов вследствие увечья (ранения, травмы,
контузии), полученного при исполнении обязанностей военной службы,
осуществления гарантированных им "Конституцией" Российской Федерации
прав и компенсации последствий изменения их материального и
социального статуса.
Между тем выплачиваемые данной категории граждан наряду со специальным
пенсионным обеспечением страховые суммы и единовременные пособия
восполняют утраченный заработок лишь в течение непродолжительного
периода (25 - 75 месяцев), тогда как полная или частичная утрата
военнослужащим трудоспособности, вызванная увечьем (ранением, травмой,
контузией), носит долговременный, как правило - пожизненный, характер.
Следовательно, действующий публично-правовой механизм возмещения вреда
военнослужащим, получившим увечье (ранение, травму, контузию) и
уволенным по состоянию здоровья в связи с невозможностью продолжения
военной службы, не исключает случаев, когда причитающиеся им выплаты
(в том числе пенсия по инвалидности, выплаты в рамках системы
социальной защиты, единовременное пособие и выплаты по обязательному
государственному страхованию) не компенсируют в надлежащем объеме
материальные потери, связанные с невозможностью продолжения военной
службы, т.е. непосредственно не гарантирует адекватное возмещение
утраченного заработка (денежного довольствия).
Следовательно, положения "пункта 1" и "абзацев первого" и "второго
пункта 3 статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих" и
"статьи 5" Федерального закона "Об обязательном государственном
страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на
военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов
внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной
службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и
психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов
уголовно-исполнительной системы" - в той мере, в какой в системе
действующего правового регулирования ими допускается возмещение вреда,
причиненного здоровью военнослужащего, проходящего военную службу по
контракту, при досрочном увольнении в связи с признанием негодным к
военной службе вследствие увечья (ранения, травмы, контузии),
полученного им при исполнении обязанностей военной службы, при
отсутствии виновных противоправных действий государственных органов и
их должностных лиц в объеме, не обеспечивающем достаточный уровень
восполнения материальных потерь, связанных с невозможностью
дальнейшего прохождения военной службы, - нарушают права
военнослужащих и не соответствуют "статьям 7 (часть 2)", 19 ("части 1"
и "2"), "39 (часть 1)", "41 (часть 1)" и 59 ("части 1" и "2")
Конституции Российской Федерации.

Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований
"Конституции" Российской Федерации и с учетом правовых позиций,
выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем
Постановлении, - не позднее чем в шестимесячный срок внести в
действующее правовое регулирование изменения, направленные на
совершенствование публично-правового механизма возмещения вреда
здоровью военнослужащих, ставших инвалидами вследствие увечья
(ранения, травмы, контузии), полученного при исполнении обязанностей
военной службы, с тем чтобы в течение всего периода утраты
трудоспособности им во всяком случае гарантировалось адекватное
возмещение вреда, сопоставимое по своему объему с денежным
содержанием, которое военнослужащий имел на момент увольнения с
военной службы. Этим с государства не снимается обязанность принимать
меры, направленные на повышение уровня благосостояния военнослужащих,
который должен соответствовать их высокому статусу.
Исходя из изложенного и руководствуясь "частью второй статьи 71",
"статьями 72", "74", "75", "79", "100" и "104" Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать "пункт 1" и "абзацы первый" и "второй пункта 3 статьи 18"
Федерального закона "О статусе военнослужащих" и "статью 5"
Федерального закона "Об обязательном государственном страховании жизни
и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц
рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской
Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю
за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников
учреждений и органов уголовно-исполнительной системы" не
соответствующими "Конституции" Российской Федерации, ее "статьям 7
(часть 2)", 19 ("части 1" и "2"), "39 (часть 1)", "41 (часть 1)" и 59
("части 1" и "2"), в той мере, в какой этими законоположениями в
системе действующего правового регулирования допускается возмещение
вреда, причиненного здоровью военнослужащего, проходящего военную
службу по контракту, при досрочном увольнении в связи с признанием
негодным к военной службе вследствие увечья (ранения, травмы,
контузии), полученного им при исполнении обязанностей военной службы,
при отсутствии виновных противоправных действий государственных
органов и их должностных лиц в объеме, не обеспечивающем достаточный
уровень восполнения материальных потерь, связанных с невозможностью
дальнейшего прохождения военной службы.

2. Федеральному законодателю надлежит - руководствуясь требованиями
"Конституции" Российской Федерации и с учетом правовых позиций,
выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем
Постановлении, - не позднее чем в шестимесячный срок внести в
действующее правовое регулирование изменения, направленные на
совершенствование публично-правового механизма возмещения вреда
здоровью военнослужащих, ставших инвалидами вследствие увечья
(ранения, травмы, контузии), полученного при исполнении обязанностей
военной службы, с тем чтобы в течение всего периода утраты
трудоспособности им во всяком случае гарантировалось адекватное
возмещение вреда, сопоставимое по своему объему с денежным
содержанием, которое военнослужащий имел на момент увольнения с
военной службы.
3. Прекратить производство по жалобам граждан А.П. Кузьменко и А.В.
Орлова и запросу Избербашского городского суда Республики Дагестан в
части, касающейся оспаривания конституционности "пункта 2", "абзаца
третьего пункта 3", "пунктов 4" - "7 статьи 18" Федерального закона "О
статусе военнослужащих", "статьи 2" Федерального закона "О
государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации",
"статей 1064" и "1085" - "1094" ГК Российской Федерации.
4. Дела граждан Кузьменко Анатолия Петровича и Орлова Анатолия
Валентиновича подлежат пересмотру в установленном порядке на основе
нового правового регулирования, которое должно быть установлено
федеральным законодателем исходя из требований "Конституции"
Российской Федерации и с учетом правовых позиций, выраженных
Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении.
5. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию,
вступает в силу немедленно после провозглашения, действует
непосредственно и не требует подтверждения другими органами и
должностными лицами.
6. Согласно "статье 78" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление
подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете" и
"Собрании законодательства Российской Федерации". Постановление должно
быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской
Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации



МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Г.А. ЖИЛИНА К ПОСТАНОВЛЕНИЮ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 17 МАЯ 2011 ГОДА N 8-П

Разделяю выводы Конституционного Суда Российской Федерации в части
признания не соответствующими "Конституции" Российской Федерации
законоположений, оспаривавшихся в жалобах граждан А.П. Кузьменко, А.В.
Орлова и запросе Избербашского городского суда Республики Дагестан, и
необходимости пересмотра дел заявителей в установленном порядке.
Вместе с тем в соответствии со "статьей 76" Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"
выражаю несогласие с формулировкой "пункта 4" резолютивной части
Постановления от 17 мая 2011 года N 8-П, обусловившей возможность
пересмотра этих дел введением нового правового регулирования.
1. Признав рассматриваемые законоположения не соответствующими
"Конституции" Российской Федерации в той мере, в какой они в системе
действующего правового регулирования допускают возмещение вреда,
причиненного здоровью военнослужащего, в объеме, не обеспечивающем
достаточный уровень восполнения материальных потерь, связанных с
невозможностью дальнейшего прохождения военной службы, Конституционный
Суд Российской Федерации указал в "пункте 4" резолютивной части
Постановления, что дела граждан А.П. Кузьменко и А.В. Орлова подлежат
пересмотру на основе нового правового регулирования, которое должно
быть установлено федеральным законодателем исходя из требований
"Конституции" Российской Федерации и с учетом правовых позиций,
выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в данном
Постановлении. Однако установленный порядок пересмотра дел в таких
случаях не предполагает ожидания правоприменителем принятия нового
регулирования взамен норм, дисквалифицированных постановлением
Конституционного Суда.
Так, постановление Конституционного Суда Российской Федерации вступает
в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не
требует подтверждения другими органами и должностными лицами; при
возникновении в результате разрешения дела пробела в правовом
регулировании до принятия нового нормативного акта непосредственно
применяется "Конституция" Российской Федерации; правовая позиция
Конституционного Суда, выраженная в постановлении, подлежит учету
правоприменительными органами с момента его вступления в силу ("статья
79" Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации"). В случае признания по итогам рассмотрения
жалобы на нарушение конституционных прав и свобод граждан закона либо
отдельных его положений не соответствующими "Конституции" Российской
Федерации дело заявителя подлежит пересмотру в обычном порядке ("часть
вторая статьи 100" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации").
2. Пробелы в праве возникают не только в случаях признания
Конституционным Судом нормативных актов противоречащими "Конституции"
Российской Федерации. Их наличие для судебной практики не редкость,
при этом отсутствие закона, регулирующего конкретные общественные
отношения, не освобождает суды от вынесения решений о защите
нарушенных прав субъектов спорных отношений. Разрешение спора в таких
случаях требует не ожидания восполнения пробелов в правовом
регулировании законодателем, а лишь дополнительных действий суда по
применению права на основе аналогии закона, субсидиарного применения
норм или аналогии права.
Восполнение пробелов в законодательном регулировании общественных
отношений, как и правоприменение в целом, требует от судов учета
нормативного единства российского права, в системе которого
"Конституция" Российской Федерации имеет высшую юридическую силу и
прямое действие. В таком значении следует понимать и положение "части
четвертой статьи 79" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации" о том, что при
возникновении в случае признания нормативного акта неконституционным
пробела в правовом регулировании до принятия нового нормативного акта
непосредственно применяется "Конституция" Российской Федерации. При
этом, являясь частным случаем правоприменения как такового, оно должно
применяться судами в совокупности с общими правилами восполнения
пробелов в праве.
В данном частном случае непосредственное применение конституционных
норм облегчается тем, что их толкование применительно к
соответствующей спорной ситуации уже дано Конституционным Судом
Российской Федерации в своем решении. Однако и в отсутствие такого
решения суды обязаны разрешать дела в соответствии с требованиями
права, непосредственно применяя при необходимости для защиты
конкретного права конституционные нормы ("часть первая статьи 15"
Конституции Российской Федерации, "часть третья статьи 5" Федерального
конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации").
Основополагающим для судов при преодолении коллизий в нормативном
регулировании и восполнении пробелов в праве должна быть защита прав и
свобод человека и гражданина, которые как высшая ценность действуют
непосредственно, определяют смысл, содержание и применение законов,
деятельность всех ветвей публичной власти и обеспечиваются правосудием
("статьи 2" и "18" Конституции Российской Федерации).
Как следует из материалов дела, суды первой инстанции первоначально
удовлетворили требования гражданина А.В. Орлова (вступившие в законную
силу и приведенные в исполнение решения Октябрьского районного суда
города Ростова-на-Дону от 16 сентября 2005 года и 25 ноября 2005 года)
и гражданина М.Г. Магомедова (решение Избербашского городского суда
Республики Дагестан от 22 июня 2010 года). Применяя оспариваемые
законоположения в системе нормативного единства, в том числе с учетом
позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной
применительно к аналогичной правовой ситуации, судьи в данных случаях
нашли правовые средства для защиты прав заявителей, действуя вполне в
русле логики Конституционного Суда по настоящему делу. Необходимость
обращения в Конституционный Суд Российской Федерации возникла лишь
потому, что решения судов первой инстанции о защите прав граждан А.В.
Орлова и М.Г. Магомедова в последующем были отменены (в первом случае
- в порядке надзора, а во втором случае - в кассационном порядке).
С учетом этого установка "пункта 4" резолютивной части Постановления
от 17 мая 2011 года N 8-П о новом правовом регулировании как основе
для пересмотра дел заявителей не только расходится с обычными
правилами преодоления пробелов в праве, но и сомнительна с
практической точки зрения. Тем более что при новом рассмотрении дел
суды получили дополнительную возможность обосновать решение правовыми
позициями Конституционного Суда, сформулированными в Постановлении уже
применительно к конкретной ситуации, в которой оказались заявители.
3. Положение "части второй статьи 100" Федерального конституционного
закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" о пересмотре дела
в обычном порядке применительно к делам граждан А.П. Кузьменко и А.В.
Орлова означает, что принятые по ним постановления судов общей
юрисдикции подлежат пересмотру в порядке, предусмотренном "ГПК"
Российской Федерации. В течение трех месяцев со дня вступления в силу
Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая
2011 года N 8-П (до 17 августа 2011 года) они вправе обратиться с
заявлением о пересмотре состоявшихся решений об отказе в иске, а суды
обязаны отменить свои решения и снова рассмотреть их дела по правилам,
установленным процессуальным законодательством ("статьи 392" - "397"
ГПК Российской Федерации).
Гражданские дела о возмещении вреда здоровью военнослужащего
рассматриваются по правилам искового производства, при этом они должны
быть рассмотрены и разрешены до истечения двух месяцев со дня
поступления искового заявления в суд ("часть первая статьи 154" ГПК
Российской Федерации). Возможность продления или приостановления
течения данного срока для ожидания нового правового регулирования
процессуальное законодательство не предусматривает. Такое
регулирование недопустимо, поскольку оно противоречило бы обычным
правилам преодоления пробелов в праве и вопреки предназначению
правосудия легализовало бы отказ суда от защиты нарушенного права по
мотиву отсутствия конкретной нормы, регулирующей спорные отношения.
Из жалоб граждан А.П. Кузьменко и А.В. Орлова следует, что с исковым
заявлением о возмещении ущерба здоровью они обратились в разные
районные суда города Ростова-на-Дону 5 сентября 2005 года.
Соответственно, на день принятия Конституционным Судом Российской
Федерации Постановления от 17 мая 2011 года N 8-П их гражданские дела
более пяти лет и восьми месяцев не могут найти правильного разрешения.
Установка "пункта 4" резолютивной части Постановления о новом правовом
регулировании как основе для пересмотра дел заявителей усугубляет эту
ситуацию. Даже в случае выполнения предписания Конституционного Суда о
необходимости введения нового правового регулирования не позднее чем в
шестимесячный срок, момент окончательного разрешения их дел по
сравнению с обычным порядком пересмотра значительно отодвигается.
Разбирательство гражданских дел в судах должно осуществляться в сроки,
предусмотренные федеральным законом, их продление допустимо лишь в
случаях и порядке, которые установлены "ГПК" Российской Федерации, но
в любом случае судопроизводство должно осуществляться в разумный срок,
при определении которого учитывается период со дня поступления
искового заявления до принятия последнего судебного постановления по
делу; обстоятельства, связанные с организацией работы суда, а также
рассмотрение дела различными инстанциями не может приниматься в
качестве оснований для превышения разумного срока судопроизводства по
делу ("статья 6.1" ГПК Российской Федерации). Приведенные
процессуальные нормы конкретизируют положения "пункта 1 статьи 6"
Конвенции о защите прав человека и основных свобод, являющейся
согласно "статье 15 (часть 4)" Конституции Российской Федерации
составной частью российской правовой системы, о праве каждого при
определении его гражданских прав на справедливое разбирательство дела
судом в разумный срок. Возложение на суд обязанности ожидания нового
правового регулирования для пересмотра дел граждан А.П. Кузьменко и
А.В. Орлова не согласуется с этими положениями.
5. Формулировка "пункта 4" резолютивной части Постановления от 17 мая
2011 года N 8-П создает существенную неопределенность для судебной
практики по делам о возмещении вреда здоровью военнослужащего,
проходящего военную службу по контракту, при досрочном увольнении в
связи с признанием негодным к военной службе вследствие увечья
(ранения, травмы, контузии), полученного им при исполнении
обязанностей военной службы, при отсутствии виновных противоправных
действий государственных органов и их должностных лиц. Формально она
распространяется лишь на дела граждан А.П. Кузьменко и А.В. Орлова, но
в таком же положении находится гражданин М.Г. Магомедов, в связи с
делом которого в Конституционный Суд Российской Федерации обратился
Избербашский городской суд Республики Дагестан.
Согласно "части пятой статьи 79" Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации" все суды при
рассмотрении дел данной категории с 17 мая 2011 года обязаны
руководствоваться правовой позицией Конституционного Суда о признании
рассмотренных законоположений не соответствующими "Конституции"
Российской Федерации. Формулировка "пункта 4" резолютивной части
Постановления им не адресована, вправе ли они в связи с этим
руководствоваться обычными правилами судопроизводства или также должны
ожидать нового правового регулирования?
Установка "пункта 4" резолютивной части Постановления о необходимости
ожидания нового правового регулирования как условия для пересмотра дел
граждан А.П. Кузьменко и А.В. Орлова ставит под сомнение сами
полномочия суда как правоприменительного органа преодолевать при
рассмотрении и разрешении гражданских дел пробелы в праве с
использованием обычных правил. Если этого нельзя сделать по делам
заявителей, то почему это допустимо по всем другим делам?
Разумеется, в действительности при принятии решения по данному делу
Конституционный Суд Российской Федерации не имел намерения
дисквалифицировать правила преодоления пробелов в праве, имманентные
природе правосудия и судебного правоприменения. Но своим решением он
фактически исключил заявителей из категории субъектов гражданского
судопроизводства с тем же процессуальным статусом, ограничив вопреки
принципу равенства всех перед законом и судом в аналогичной ситуации
их право на судебную защиту, что не согласуется со "статьями 19 (часть
1)", "46 (часть 1)" и "55 (часть 3)" Конституции Российской Федерации.
6. Таким образом, формулировка "пункта 4" резолютивной части
Постановления от 17 мая 2011 года N 8-П, поставившая возможность
пересмотра дел граждан А.П. Кузьменко и А.В. Орлова в зависимость от
введения нового правового регулирования, не согласуется с положениями
Конституции Российской Федерации ("статья 15, части 1" и "4"; "статья
18"; "статья 19, часть 1"; "статья 46, часть 1"; "статья 55, часть 3")
и Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации" ("статьи 79" и "часть вторая статьи 100"). Она
создает существенную неопределенность для судебной практики по делам о
возмещении вреда здоровью военнослужащего, проходящего военную службу
по контракту, при досрочном увольнении в связи с признанием негодным к
военной службе вследствие увечья (ранения, травмы, контузии),
полученного им при исполнении обязанностей военной службы, при
отсутствии виновных противоправных действий государственных органов и
их должностных лиц.

Судья Конституционного Суда
Российской Федерации
Г.А.ЖИЛИН

5

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 20 октября 2010 г. N 18-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
РЯДА ПОЛОЖЕНИЙ СТАТЬИ 18 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О СТАТУСЕ
ВОЕННОСЛУЖАЩИХ" И СТАТЬИ 1084 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СВЯЗИ С ЗАПРОСОМ НОГАЙСКОГО
РАЙОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

Конституционный Суд Российской Федерации в составе
председательствующего - судьи А.Н. Кокотова, судей Ю.М. Данилова, Л.М.
Жарковой, Г.А. Жилина, В.Д. Зорькина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова,
Н.В. Мельникова, Н.В. Селезнева,
с участием судьи Ногайского районного суда Республики Дагестан А.И. Кулунчакова,
руководствуясь "статьей 125 (часть 4)" Конституции Российской
Федерации, "пунктом 3 части первой", "частями третьей" и "четвертой
статьи 3", "пунктом 3 части второй статьи 22", "статьями 36", "74",
"86", "101", "102" и "104" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности ряда
положений "статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих" и
"статьи 1084" ГК Российской Федерации.
Поводом к рассмотрению дела явился запрос Ногайского районного суда
Республики Дагестан. Основанием к рассмотрению дела явилась
обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли
"Конституции" Российской Федерации оспариваемые в запросе
законоположения.
Заслушав сообщение судьи-докладчика С.М. Казанцева, объяснения судьи
Ногайского районного суда Республики Дагестан А.И. Кулунчакова,
выступления приглашенных в заседание представителей: от Верховного
Суда Российской Федерации - судьи Верховного Суда Российской Федерации
Т.Е. Корчашкиной, от Министерства обороны Российской Федерации - М.Я.
Коновалова, от Министерства внутренних дел Российской Федерации - В.П.
Тонконогова, от Генерального прокурора Российской Федерации - Т.А.
Васильевой, от Пенсионного фонда Российской Федерации - С.Н. Земцова,
исследовав представленные документы и иные материалы, в том числе
изложенные в письменном виде объяснения представителей стороны,
принявшей и подписавшей оспариваемые акты, - постоянного представителя
Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации А.Н.
Харитонова, полномочного представителя Совета Федерации в
Конституционном Суде Российской Федерации А.И. Александрова,
полномочного представителя Президента Российской Федерации в
Конституционном Суде Российской Федерации М.В. Кротова,
Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. В соответствии со "статьей 18" "Страховые гарантии военнослужащим.
Право на возмещение вреда" Федерального закона от 27 мая 1998 года N
76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие подлежат обязательному
государственному личному страхованию за счет средств федерального
бюджета; основания, условия и порядок обязательного государственного
личного страхования военнослужащих устанавливаются федеральными
законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации
"(пункт 1)"; в случае гибели (смерти) военнослужащих, наступившей при
исполнении ими обязанностей военной службы, либо их смерти,
наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) либо
заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы
до истечения одного года со дня увольнения с военной службы, членам
семей погибших (умерших) военнослужащих, проходивших военную службу по
контракту, выплачивается в равных долях единовременное пособие в
размере 120 окладов денежного содержания, установленных на день
выплаты пособия ("абзацы первый" и "второй пункта 2").
Согласно "статье 1084" ГК Российской Федерации вред, причиненный жизни
или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а
также при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и
других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам,
предусмотренным "главой 59" "Обязательства вследствие причинения
вреда" ("статьи 1064" - "1101") данного Кодекса, если законом или
договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Конституционность названных законоположений оспаривается Ногайским
районным судом Республики Дагестан, в производстве которого находится
гражданское дело по иску к Министерству внутренних дел Российской
Федерации о возмещении вреда в связи со смертью кормильца. Как следует
из представленных материалов, истица - гражданка И.В. Щеглова, вдова
военнослужащего внутренних войск Министерства внутренних дел
Российской Федерации, проходившего военную службу по контракту и 18
декабря 2006 года погибшего в городе Грозном Чеченской Республики при
исполнении обязанностей военной службы, настаивает на взыскании с
ответчика ежемесячных платежей, которые причитаются ей, как
находившейся до гибели мужа на его иждивении, и их троим
несовершеннолетним детям, задолженности по этим платежам за прошлое
время, а также компенсации морального вреда.
Решением от 30 марта 2009 года Ногайский районный суд Республики
Дагестан, применив к спорным правоотношениям положения "главы 59" ГК
Российской Федерации, удовлетворил исковые требования в части
взыскания с Министерства внутренних дел Российской Федерации в пользу
И.В. Щегловой и ее детей единовременно задолженности по ежемесячным
выплатам в счет возмещения вреда, понесенного в связи со смертью
кормильца (за период со дня его смерти по 31 января 2009 года), и
возложил на ответчика обязанность выплачивать ежемесячно по 7574 рубля
начиная с 1 февраля 2009 года с последующей индексацией в соответствии
с действующим "законодательством" И.В. Щегловой - до исполнения
младшей дочери 14 лет, каждому ребенку - до его совершеннолетия, а в
случае обучения в учебном заведении по очной форме - до окончания
обучения, но не более чем до 23 лет.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики
Дагестан кассационным определением от 13 мая 2009 года данное решение
отменила и направила дело на новое рассмотрение в суд первой
инстанции, указав, что ему следует более полно и всесторонне
исследовать юридически значимые обстоятельства, в частности касающиеся
вопроса о доказательствах, свидетельствующих о наличии или отсутствии
виновных действий со стороны Министерства внутренних дел Российской
Федерации при ликвидации пожара, в результате которого погиб муж
истицы, а также принять во внимание, что единовременное пособие,
выплачиваемое на основании "пункта 2 статьи 18" Федерального закона "О
статусе военнослужащих", не относится к страховым выплатам,
осуществляемым, как это предусмотрено "пунктом 1" той же статьи, в
порядке обязательного государственного личного страхования
военнослужащих за счет средств федерального бюджета.
При новом рассмотрении дела Ногайский районный суд Республики Дагестан
пришел к выводу, что положения "статьи 18" Федерального закона "О
статусе военнослужащих" и "статьи 1084" ГК Российской Федерации в их
взаимосвязи, позволяющие отказывать членам семьи военнослужащего в
случае его гибели (смерти), наступившей при исполнении обязанностей
военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья
(ранения, травмы, контузии), полученного при исполнении обязанностей
военной службы, в выплате ежемесячной денежной компенсации в счет
возмещения заработка (денежного довольствия), утраченного в связи со
смертью кормильца, при отсутствии вины соответствующих государственных
органов и их должностных лиц в причинении вреда жизни военнослужащего,
не соответствуют "статьям 7", "19 (части 1" и "2") и "39 (часть 1)"
Конституции Российской Федерации, и, приостановив производство по
делу, направил запрос в Конституционный Суд Российской Федерации.
Как утверждается в запросе, оспариваемые законоположения ставят такую
категорию граждан, как члены семьи погибшего (умершего)
военнослужащего, в худшее положение по сравнению с лицами, возмещение
вреда которым осуществляется по нормам Федерального "закона" от 24
июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от
несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" и
"Закона" Российской Федерации от 18 апреля 1991 года N 1026-1 "О
милиции", а также по сравнению с членами семей военнослужащих,
пострадавших по вине государственных органов или их должностных лиц,
возмещение вреда которым осуществляется по правилам "главы 59" ГК
Российской Федерации, чем ограничивается право указанной категории
граждан на возмещение вреда, понесенного в результате гибели (смерти)
кормильца, и, следовательно, нарушается право на социальное
обеспечение в случае потери кормильца, гарантируемое "Конституцией"
Российской Федерации на основе принципов социального государства и
равенства всех перед законом и судом.
В силу "статей 74", "101" и "102" Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд
Российской Федерации по запросу суда проверяет конституционность
оспариваемых нормативных положений в той части, в какой они подлежат
применению в находящемся в производстве суда деле, оценивая как
буквальный смысл этих положений, так и смысл, придаваемый им
официальным и иным толкованием, а также сложившейся
правоприменительной практикой, и учитывая их место в системе норм.
Соответственно, предметом рассмотрения Конституционного Суда
Российской Федерации по настоящему делу являются положения "пункта 1"
и "абзацев первого" и "второго пункта 2 статьи 18" Федерального закона
"О статусе военнослужащих" - в той мере, в какой этими положениями во
взаимосвязи со "статьей 1084" ГК Российской Федерации регулируется
возмещение вреда членам семьи военнослужащего, проходившего военную
службу по контракту, в случае его гибели (смерти), наступившей при
исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти,
наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии), полученных
при исполнении обязанностей военной службы, при отсутствии виновных
противоправных действий государственных органов и их должностных лиц.
2. "Конституция" Российской Федерации закрепляет в качестве
основополагающей обязанности государства признание, соблюдение и
защиту прав и свобод человека и гражданина и провозглашает Российскую
Федерацию социальным государством, политика которого направлена на
создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие
человека, и в котором охраняется труд и здоровье людей, обеспечивается
государственная поддержка семьи, устанавливаются гарантии социальной
защиты ("статьи 2" и "7"), в том числе для граждан, оставшихся без
кормильца, чье право на социальное обеспечение вытекает из "статьи 39
(часть 1)" Конституции Российской Федерации.
Приведенные положения "Конституции" Российской Федерации во
взаимосвязи с другими ее положениями, закрепляющими право на труд
"(статья 37, часть 3)", право на охрану здоровья "(статья 41, часть
1)", в том числе при осуществлении профессиональной деятельности,
обязывают государство разработать - используя для этого все
необходимые правовые средства, как частноправовые (страхование,
возмещение вреда), так и публично-правовые (государственное
страхование, социальное обеспечение и др.), - эффективный
организационно-правовой механизм возмещения гражданину и членам его
семьи в случае его гибели (смерти) вреда, причиненного жизни или
здоровью в связи с исполнением трудовых (служебных) обязанностей,
включая обязанности военной службы, посредством прохождения которой
граждане реализуют свое право на труд.

3. Военная и аналогичная ей служба (служба в органах внутренних дел,
противопожарная служба и т.п.) представляет собой, как указал
Конституционный Суд Российской Федерации в "Постановлении" от 26
декабря 2002 года N 17-П, особый вид государственной службы,
непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности
государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан
и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие
такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем
обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер
обязанностей государства по отношению к ним.
Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей
службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в
любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для
жизни и здоровья, что - в силу "Конституции" Российской Федерации, в
частности ее "статей 37 (части 1" и "3"), "39 (части 1" и "2"), "41
(часть 1)", "45 (часть 1)", "59" и "71 (пункты "в"", ""м""), - влечет
обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в
случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения
службы. Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого
вреда, относится к дискреции федерального законодателя, который,
осуществляя на основании "статьи 76" Конституции Российской Федерации
соответствующее правовое регулирование, обязан предусматривать
эффективные гарантии прав указанных лиц, адекватные правовой природе и
целям возмещения вреда, причиненного их жизни или здоровью, характеру
возникающих между ними и государством правоотношений.
Конкретизируя названные положения "Конституции" Российской Федерации,
федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых
способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью
военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы,
обязательное государственное страхование жизни и здоровья
военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер
социальной защиты, цель которых - в максимальной степени
компенсировать последствия изменения их материального и социального
статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию
уровень возмещения вреда.
Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к
военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции,
а также задачи Российской Федерации как социального государства по
обеспечению эффективной защиты и поддержки семьи и исходя из того, что
правовой статус семьи военнослужащего, погибшего при исполнении
воинского долга (умершего вследствие увечья, ранения, травмы,
контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы),
производен от правового статуса военнослужащего и обусловлен
спецификой его профессиональной деятельности, федеральный законодатель
предусмотрел также особый правовой механизм возмещения вреда,
причиненного в связи со смертью кормильца, для членов семей погибших
(умерших) военнослужащих.
3.1. Одной из форм исполнения государством обязанности возместить
вред, который может быть причинен жизни или здоровью военнослужащих
при прохождении ими военной службы, является обязательное
государственное личное страхование за счет средств федерального
бюджета, установленное законом в целях защиты их социальных интересов
и интересов государства ("пункт 1 статьи 969" ГК Российской Федерации,
"пункт 1 статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих").
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в "Постановлении"
от 26 декабря 2002 года N 17-П, в конституционно-правовом смысле
страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим и приравненным к
ним лицам в соответствии с Федеральным "законом" от 28 марта 1998 года
N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья
военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и
начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации,
Государственной противопожарной службы, органов по контролю за
оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников
учреждений и органов уголовно-исполнительной системы", - наряду с
иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причиненного жизни
или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов, -
входит в гарантированный государством объем возмещения вреда,
призванного компенсировать последствия изменения их материального и
(или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев,
включая причиненный материальный и моральный вред.
Таким образом, посредством обязательного государственного страхования
жизни и здоровья, предполагающего выплату соответствующих страховых
сумм при наступлении страховых случаев, военнослужащим обеспечиваются
гарантируемые "Конституцией" Российской Федерации, ее "статьями 7
(часть 2)", "37 (части 1" и "3") и "41 (часть 1)", право на возмещение
вреда, причиненного жизни или здоровью, и право на охрану здоровья.
Данный вывод, сформулированный Конституционным Судом Российской
Федерации в "Постановлении" от 26 декабря 2002 года N 17-П, в полной
мере распространяется на членов семьи военнослужащего в случае его
гибели (смерти), наступившей при исполнении обязанностей военной
службы, либо смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы,
контузии), полученного при исполнении обязанностей военной службы,
государственная защита которых в таких случаях производна от права
самого военнослужащего на возмещение вреда в связи с увечьем
(ранением, травмой, контузией), полученным при исполнении обязанностей
военной службы, и которые как выгодоприобретатели получают в качестве
страховых сумм 25 окладов месячного денежного содержания
военнослужащего каждый ("абзац второй пункта 2 статьи 5" Федерального
закона "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья
военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и
начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации,
Государственной противопожарной службы, органов по контролю за
оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников
учреждений и органов уголовно-исполнительной системы").

К числу способов возмещения вреда, понесенного членами семьи погибшего
(умершего) военнослужащего, проходившего военную службу по контракту,
относится также выплата им в равных долях единовременного пособия в
размере 120 окладов денежного содержания, установленных на день
выплаты пособия. Данная выплата, предусмотренная "абзацами первым" и
"вторым пункта 2 статьи 18" Федерального закона "О статусе
военнослужащих", представляет собой, таким образом, дополнительную
социальную гарантию, установленную специальным законом для
соответствующей категории граждан, в отношении которых государство
берет на себя компенсацию причиненного вреда как орган, действующий в
публичных интересах.
3.2. Кроме того, члены семей погибших (умерших) военнослужащих имеют
право на пенсию по случаю потери кормильца, назначаемую и
выплачиваемую в соответствии с пенсионным законодательством Российской
Федерации ("пункт 1 статьи 24" Федерального закона "О статусе
военнослужащих").
Как следует из Федерального "закона" от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ
"О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации"
"(абзац второй статьи 2)" и Федерального "закона" от 17 декабря 2001
года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" "(абзац
второй статьи 2)", пенсия - это ежемесячная денежная выплата,
предоставляемая гражданам в том числе в целях компенсации утраченного
заработка (дохода). Соответственно, пенсия по случаю потери кормильца
имеет целью текущее (постоянное) жизнеобеспечение нетрудоспособных
членов семьи умершего гражданина, состоявших на его иждивении, и
призвана восполнить утраченный семьей в связи со смертью кормильца
доход.
Членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего пенсии по случаю
потери кормильца назначаются на условиях, льготных по сравнению с
предусмотренными для назначения трудовых пенсий по случаю потери
кормильца. Так, размер пенсии по случаю потери
кормильца-военнослужащего составляет 40 процентов его денежного
довольствия на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не менее 200
процентов социальной пенсии, тогда как соответствующая трудовая пенсия
исчисляется исходя из приобретенных пенсионных прав умершего кормильца
(накопленного пенсионного капитала), распределенных пропорционально
между всеми нетрудоспособными членами семьи, являющимися ее
получателями; супруги погибших (умерших) военнослужащих имеют право на
получение пенсии по случаю потери кормильца ранее достижения ими
возраста, установленного для получения трудовой пенсии: женщины - с 50
лет, мужчины - с 55 лет, а в случае ухода за ребенком умершего, не
достигшим 8-летнего возраста, - независимо от возраста,
трудоспособности и факта осуществления трудовой деятельности ("часть
первая статьи 30", "пункт "а" статьи 36" и "пункт "а" статьи 37"
Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О
пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в
органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе,
органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных
веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их
семей"; "подпункт 3 пункта 2 статьи 9" и "пункт 1 статьи 16"
Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации").
В рамках действующего правового регулирования для членов семьи
военнослужащего, погибшего (умершего) при исполнении обязанностей
военной службы либо умершего вследствие увечья (ранения, травмы,
контузии), полученного при исполнении обязанностей военной службы,
которые получают пенсию по случаю потери кормильца, предусматриваются
также ежемесячная доплата в размере 1000 рублей ("пункт 1" Указа
Президента Российской Федерации от 18 февраля 2005 года N 176 "Об
установлении ежемесячной доплаты к пенсиям отдельным категориям
пенсионеров") и, кроме того, для их детей - ежемесячное пособие в
размере 1500 рублей, выплачиваемое до достижения ими возраста 18 лет
(для ставших инвалидами до достижения возраста 18 лет - независимо от
возраста), а детям, обучающимся в образовательных учреждениях по очной
форме обучения, - до конца обучения, но не более чем до достижения ими
возраста 23 лет ("пункт 1" Указа Президента Российской Федерации от 29
октября 2009 года N 1219 "О дополнительных мерах по усилению
социальной защиты детей военнослужащих и сотрудников некоторых
федеральных органов исполнительной власти, погибших (умерших),
пропавших без вести при исполнении обязанностей военной службы
(служебных обязанностей)", "Постановление" Правительства Российской
Федерации от 30 июня 2010 года N 481 "О ежемесячном пособии детям
военнослужащих и сотрудников некоторых федеральных органов
исполнительной власти, погибших (умерших), пропавших без вести при
исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей)").
Кроме того, каждому нетрудоспособному члену семьи погибшего (умершего)
военнослужащего, состоявшему на его иждивении и получающему пенсию по
случаю потери кормильца, Федеральным "законом" от 12 января 1995 года
N 5-ФЗ "О ветеранах" предоставляются меры социальной поддержки и
ежемесячная денежная выплата ("статья 21", "пункт 4 статьи 23.1"). За
членами семей погибших (умерших) военнослужащих сохраняется ряд иных
мер социальной защиты, в том числе право на получение жилых помещений
в первоочередном порядке, компенсационные выплаты по оплате жилья и
коммунальных услуг, а также социальные гарантии и компенсации,
которыми они пользовались при жизни военнослужащего, включая оказание
медицинской помощи, санаторно-курортное лечение, проезд к месту этого
лечения и обратно ("статья 24" Федерального закона "О статусе
военнослужащих").
3.3. Таким образом, в системе действующего правового регулирования
создан специальный публично-правовой механизм возмещения вреда членам
семьи военнослужащего, погибшего (умершего) при исполнении
обязанностей военной службы либо умершего вследствие увечья (ранения,
травмы, контузии), полученного при исполнении обязанностей военной
службы, предназначением которого является восполнение основного или
одного из основных источников постоянного дохода семьи военнослужащего
- денежного довольствия, утраченного в результате его гибели (смерти),
в том числе в случае, когда у самих членов семьи погибшего (умершего)
военнослужащего отсутствует возможность (в силу нетрудоспособности,
занятости воспитанием малолетних детей, несовершеннолетия и т.п.)
компенсировать утраченный доход собственными усилиями.
Положения "пункта 1" и "абзацев первого" и "второго пункта 2 статьи
18" Федерального закона "О статусе военнослужащих" как элемент данного
публично-правового механизма служат, таким образом, одним из правовых
средств возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего,
погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы либо
умершего вследствие увечья (ранения, травмы, контузии), полученного
при исполнении обязанностей военной службы, и как таковые не
предполагают ограничение возмещения указанного вреда выплатой только
страховых сумм и единовременного пособия, а потому не могут
рассматриваться как нарушающие конституционные права этой категории
граждан.

4. Согласно "статье 1084" ГК Российской Федерации вред, причиненный
жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной
службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей
возмещается по правилам "главы 59" ("статьи 1064" - "1101") данного
Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер
ответственности. В системной связи со "статьей 1064" ГК Российской
Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за
причинение вреда, и его "статьей 1069", в силу которой вред,
причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных
органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет
соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению
вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в
порядке "главы 59" ГК Российской Федерации за счет соответствующей
казны возникает в случае установления вины государственных органов или
их должностных лиц в причинении данного вреда.

Применительно к возмещению вреда, причиненного здоровью сотрудника
милиции при исполнении им служебных обязанностей, Конституционный Суд
Российской Федерации в "Постановлении" от 15 июля 2009 года N 13-П
пришел к выводу, что "статья 1084" ГК Российской Федерации не
исключает, а, напротив, предполагает обеспечение выплаты государством
в полном объеме возмещения такого вреда, но лишь в качестве меры
гражданско-правовой ответственности государственных органов или их
должностных лиц как причинителей этого вреда. Поскольку
публично-правовой статус сотрудников милиции аналогичен
публично-правовому статусу военнослужащих, подобный подход полностью
распространяется на отношения по возмещению вреда военнослужащим, а
также членам их семей, чей правовой статус производен от правового
статуса военнослужащих.
Следовательно, "статья 1084" ГК Российской Федерации позволяет
использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной
защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой
ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц
государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при
исполнении им обязанностей военной службы установлена, и потому не
может рассматриваться как нарушающая права потерявших кормильца членов
семьи погибшего (умершего) военнослужащего. Не нарушается ею и
конституционный принцип равенства, поскольку все военнослужащие (и
члены их семей) имеют равную с другими гражданами возможность
использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с
соблюдением принципов и условий такого возмещения.
5. Таким образом, положения "пункта 1" и "абзацев первого" и "второго
пункта 2 статьи 18" Федерального закона "О статусе военнослужащих" и
"статьи 1084" ГК Российской Федерации, направленные на возмещение -
посредством публично-правового и гражданско-правового регулирования
соответственно - вреда, понесенного членами семьи военнослужащего,
погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы либо
умершего вследствие увечья (ранения, травмы, контузии), полученного
при исполнении обязанностей военной службы, не могут рассматриваться
как нарушающие права данной категории граждан, в том числе
гарантированные "статьями 7", "19 (части 1" и "2") и "39 (часть 1)"
Конституции Российской Федерации.
Вместе с тем, поскольку действующее правовое регулирование не
предусматривает для указанных граждан, состоявших на иждивении
военнослужащего, - при отсутствии виновных противоправных действий со
стороны государственных органов и их должностных лиц - такую форму
выплат в возмещение вреда, как ежемесячная денежная компенсация (в
счет возмещения утраченного заработка, дохода в связи со смертью
кормильца), не исключаются случаи, когда причитающиеся им выплаты (в
том числе пенсия по случаю потери кормильца и дополнительные выплаты к
ней, единовременное денежное пособие и выплаты по обязательному
государственному страхованию, денежные пособия детям) не будут
компенсировать в полном объеме ту часть заработка (денежного
довольствия), которая приходилась на их долю при жизни кормильца
исходя из назначенного ему денежного довольствия.
5.1. Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации
применительно к возмещению вреда гражданам, которые получили увечья в
условиях боевых действий при исполнении ими обязанностей военной
службы и впоследствии стали инвалидами, в случаях, когда
непосредственный причинитель вреда не установлен, отсутствие в
правовом регулировании надлежащего правового механизма возмещения
вреда указанным гражданам, сопоставимого по объему и характеру с
существующими и применяемыми в отношении тех граждан, вред которым
подлежит возмещению как по правилам, предусмотренным "главой 59" ГК
Российской Федерации, так и специальным законом, в частности для
граждан, подвергшихся радиации вследствие техногенных катастроф, для
участников групп особого риска, означает, что законодатель не достиг
цели, которая преследуется при охране такого блага, как здоровье
человека ("Определение" от 11 июля 2006 года N 276-О).
В "Постановлении" от 15 июля 2009 года N 13-П Конституционный Суд
Российской Федерации пришел к выводу, что "часть четвертая статьи 29"
Закона Российской Федерации "О милиции" в системе действующего
правового регулирования предполагает выплату государством ежемесячной
денежной компенсации сотрудникам милиции в возмещение вреда,
причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с
осуществлением ими служебной деятельности, исключающим для них
возможность дальнейшего прохождения службы, и признал данную норму не
соответствующей "статьям 7", "19" и "39" Конституции Российской
Федерации в той мере, в какой она во взаимосвязи со "статьей 1084" ГК
Российской Федерации - по смыслу, придаваемому им правоприменительной
практикой, - позволяет правоприменительным органам отказывать в
выплате ежемесячной денежной компенсации сотрудникам милиции в
возмещение вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья
в связи с осуществлением ими служебной деятельности, исключающим для
них возможность дальнейшего прохождения службы, при отсутствии
виновных противоправных действий органов внутренних дел, других
государственных органов и их должностных лиц.
В силу приведенных правовых позиций выплаты в возмещение вреда членам
семьи военнослужащего, погибшего (умершего) при исполнении
обязанностей военной службы либо умершего вследствие увечья (ранения,
травмы, контузии), полученного при исполнении обязанностей военной
службы, которые имеют право на получение пенсии по случаю потери
кормильца, в совокупности не могут быть меньше части заработка
(денежного довольствия), приходившейся на их долю при жизни кормильца.
В противном случае правовое регулирование не будет достигать цели, для
которой оно предназначено, а именно возместить таким гражданам вред,
причиненный потерей кормильца.
5.2. Следовательно - исходя из конституционных принципов равенства и
социальной справедливости, на которых основаны приведенные правовые
позиции Конституционного Суда Российской Федерации, - возможно
использование в качестве элемента механизма возмещения вреда,
причиненного здоровью военнослужащего при исполнении обязанностей
военной службы, и, соответственно, в случае гибели (смерти)
военнослужащего - членам его семьи, имеющим право на получение пенсии
по случаю потери кормильца, ежемесячной денежной выплаты при
недостаточности выплачиваемых сумм, предназначенных в том числе для
восполнения дохода, который они получали при жизни кормильца.
В связи с этим Федеральному Собранию надлежит, исходя из требований
"Конституции" Российской Федерации и правовых позиций Конституционного
Суда Российской Федерации, изложенных в настоящем Постановлении,
внести в действующее законодательство изменения, направленные на
совершенствование указанного механизма возмещения вреда, с тем чтобы
во всяком случае членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего,
имеющим право на получение пенсии по случаю потери кормильца,
гарантировалась возможность восполнения имущественных потерь путем
предоставления в рамках этого механизма выплат, которые в совокупности
по крайней мере обеспечивали бы указанным лицам получение доли
заработка (денежного довольствия), приходившейся на каждого из них при
жизни военнослужащего.
Исходя из изложенного и руководствуясь "статьей 6", "частями первой" и
"второй статьи 71", "статьями 72", "74", "75", "79", "80", "100" и
"104" Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде
Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать не противоречащими "Конституции" Российской Федерации
положения "пункта 1" и "абзацев первого" и "второго пункта 2 статьи
18" Федерального закона "О статусе военнослужащих", поскольку данные
положения по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи со
"статьей 1084" ГК Российской Федерации в системе действующего
правового регулирования не предполагают ограничение возмещения вреда,
причиненного членам семьи военнослужащего, проходившего военную службу
по контракту, которые имеют право на получение пенсии по случаю потери
кормильца в связи с его гибелью (смертью), наступившей при исполнении
им обязанностей военной службы, либо смертью, наступившей вследствие
увечья (ранения, контузии, травмы), полученного при исполнении
обязанностей военной службы, выплатой только страховых сумм и
единовременного пособия, в том числе при отсутствии виновных
противоправных действий государственных органов и их должностных лиц,
и направлены в том числе на восполнение указанным гражданам
имущественных потерь, причиненных смертью кормильца, с тем чтобы
причитающиеся им в соответствии с законодательством выплаты в
совокупности не могли бы быть меньше той части заработка (денежного
довольствия), которая приходилась на долю каждого из них при жизни
военнослужащего.
2. Федеральному Собранию надлежит, руководствуясь требованиями
"Конституции" Российской Федерации и с учетом правовых позиций,
выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем
Постановлении, внести в действующее законодательство изменения,
направленные на совершенствование механизма возмещения вреда,
причиненного членам семьи военнослужащего, проходившего военную службу
по контракту, которые имеют право на получение пенсии по случаю потери
кормильца в связи с его гибелью (смертью), наступившей при исполнении
им обязанностей военной службы, либо смертью, наступившей вследствие
увечья (ранения, контузии, травмы), полученного при исполнении
обязанностей военной службы, с тем чтобы во всяком случае указанным
лицам гарантировалась возможность восполнения имущественных потерь
путем предоставления в рамках этого механизма выплат, которые в
совокупности по крайней мере обеспечивали бы им получение доли
заработка (денежного довольствия), приходившейся на каждого из них при
жизни военнослужащего.
3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию,
вступает в силу немедленно после провозглашения, действует
непосредственно и не требует подтверждения другими органами и
должностными лицами.
4. Согласно "статье 78" Федерального конституционного закона "О
Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление
подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете" и
"Собрании законодательства Российской Федерации". Постановление должно
быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской
Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации


Вы здесь » Форум по медицинскому праву » Гос. служба. Правоохранительная, военная » Конституционный суд РФ. Выплаты пострадавшим. Военная травма