Определение Конституционного Суда РФ от 26 апреля 2016 г. № 876-О
“Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бульбы Василия Ивановича на нарушение его конституционных прав частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях”

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.И. Бульбы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин В.И. Бульба оспаривает конституционность части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, устанавливающей административную ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

Как следует из представленных материалов, постановлением мирового судьи В.И. Бульба был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации. Решением суда второй инстанции размер назначенного наказания был снижен и из постановления исключено указание на непризнание правонарушителем своей вины как на обстоятельство, отягчающее административную ответственность. Вышестоящие суды оставили указанные судебные акты без изменения.

По мнению заявителя, часть 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации не соответствует статьям 2, 6 (часть 2), 15, 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 51 и 126 Конституции Российской Федерации, поскольку допускает возможность ее произвольного применения, принуждает гражданина свидетельствовать против себя самого, не позволяет уяснить, в какой именно форме может выражаться невыполнение законных требований о прохождении медицинского освидетельствования, является неопределенной, как не содержащая определения понятия «водитель», и не позволяет однозначно установить, подлежит ли административной ответственности лицо, находящееся в обстоятельствах, аналогичных обстоятельствам дела заявителя.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что само по себе установление законодателем административной ответственности за невыполнение водителем требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, будучи направленным на обеспечение безопасности дорожного движения, предупреждение правонарушений в области дорожного движения и охрану прав и свобод всех участников дорожного движения, не может рассматриваться как нарушение прав граждан (определения от 16 октября 2007 года № 666-О-О, от 19 июня 2012 года № 1088-О, от 23 апреля 2013 года № 507-О и от 24 октября 2013 года № 1582-О, от 23 октября 2014 года № 2458-О, от 29 января 2015 года № 139-О и др.).

Медицинское освидетельствование, позволяющее объективно установить, управляло ли лицо транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, является процессуальным действием, при проведении которого лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не делает никаких заявлений о своей виновности и не представляет каких-либо доказательств, а потому обязанность пройти такое освидетельствование не препятствует ему воспользоваться правом не свидетельствовать против себя самого, закрепленным в статье 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2007 года № 593-О-П и № 594-О-П, от 20 октября 2011 года № 1378-О-О, от 11 мая 2012 года № 673-О, от 24 октября 2013 года № 1697-О и др.).

Закрепляя составы административных правонарушений и меры ответственности за их совершение, законодатель обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом и вытекающее из него требование определенности правовых норм, означающее, что любое административное правонарушение, а равно санкции за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть административно-правовые последствия своих действий (бездействия) (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2013 года № 4-П и от 25 февраля 2014 года № 4-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2010 года № 1570-О-О, от 16 июля 2013 года № 1076-О и от 17 июля 2014 года № 1651-О).

Проведение медицинского освидетельствования водителя транспортного средства на состояние опьянения предполагает добровольное участие в этом данного лица. Отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица о прохождении такого освидетельствования может выражаться любым способом - как в форме действия, так и в форме бездействия, которые свидетельствуют о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения. Соответственно, по смыслу части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, под невыполнением водителем законного требования о прохождении медицинского освидетельствования понимаются такие действия (бездействие) указанного лица, которые объективно исключают возможность применения данной обеспечительной меры, а потому данная норма не может рассматриваться как содержащая неопределенность в указанном заявителем аспекте.

Что же касается утверждения заявителя о том, что эта норма содержит неопределенность, поскольку в ней отсутствует определение понятия «водитель», то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, часть 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, рассматриваемая с учетом Правил дорожного движения Российской Федерации (утверждены постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090), признающих в качестве водителя прежде всего лицо, управляющее каким-либо транспортным средством (пункт 1.2), также не может рассматриваться как нарушающая конституционные права граждан (Определение от 17 июля 2014 года № 1651-О).

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бульбы Василия Ивановича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации
В.Д. Зорькин