Определение Конституционного Суда РФ от 5 апреля 2016 г. № 704-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Шармай Елены Владимировны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации”

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Л.М. Жарковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданки Е.В. Шармай, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Е.В. Шармай оспаривает конституционность пункта 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому алименты присуждаются с момента обращения в суд; алименты за прошедший период могут быть взысканы в пределах трехлетнего срока с момента обращения в суд, если судом установлено, что до обращения в суд принимались меры к получению средств на содержание, но алименты не были получены вследствие уклонения лица, обязанного уплачивать алименты, от их уплаты.

Из представленных в Конституционный Суд Российской Федерации материалов усматривается, что Володарский районный суд города Брянска, рассмотрев 14 августа 2015 года иск Е.В. Шармай к гражданину М.А. Гапонову об установлении отцовства и взыскании алиментов на несовершеннолетнего сына 2012 года рождения, требования удовлетворил - установил отцовство М.А. Гапонова и взыскал с него в пользу истицы алименты на содержание сына с 10 марта 2012 года; в удовлетворении встречного иска М.А. Гапонова к Е.В. Шармай об оспаривании отцовства отказал. При этом требование Е.В. Шармай о взыскании алиментов за прошедший период в пределах трехлетнего срока с момента обращения в суд согласно пункту 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации было признано обоснованным, поскольку суд счел доказанным, что до обращения в суд истица принимала меры к получению средств от ответчика на содержание ребенка.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Брянского областного суда от 17 ноября 2015 года решение суда первой инстанции в этой части было изменено: алименты взысканы с момента обращения в суд (5 марта 2015 года) со ссылкой на пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 октября 1996 года № 9 «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов», поскольку иск об установлении отцовства предъявлен и удовлетворен одновременно с требованием о взыскании с М.А. Гапонова алиментов.

По мнению заявительницы, пункт 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (часть 4), 38 (часть 2) и 55 (часть 2), в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, он исключает возможность взыскать с ответчика алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка за прошедший трехлетний период с момента обращения в суд, если отцовство ответчика до подачи иска о взыскании алиментов установлено не было, даже при наличии доказательств того, что до обращения в суд истцом принимались меры к получению с ответчика средств на содержание ребенка.

2. Согласно Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (статья 38, части 1 и 2).

Данным конституционным положениям, служащим основой правоотношений, содержание которых составляют родительские обязанности и коррелирующие им права детей, и предполагающим, что ущемление прав ребенка несовместимо с самой природой этих отношений, корреспондируют положения международно-правовых актов, являющихся в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации.

Так, Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) обязывает подписавшие ее государства обеспечивать детям такую защиту и заботу, которые необходимы для их благополучия (пункт 2 статьи 3), принимать все необходимые законодательные, административные и другие меры для осуществления прав, признанных в данной Конвенции (статья 4), признавать право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (пункт 1 статьи 27). При этом Конвенция возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (пункт 1 статьи 18, пункт 2 статьи 27).

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепляющая право на уважение частной и семейной жизни, в ее истолковании Европейским Судом по правам человека обязывает национальные власти обеспечивать соблюдение справедливого баланса между конкурирующими интересами и при определении такого баланса особое значение придавать коренным интересам ребенка, которые в зависимости от их характера и важности могут иметь приоритет над аналогичными интересами родителей (решение от 24 ноября 2005 года по вопросу приемлемости жалобы «Владимир Лазарев и Павел Лазарев против России» и др.).

Ответственность за обеспечение надлежащих условий реализации ребенком права на достойный уровень жизни в силу статей 7 (часть 2) и 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации обязывает родителей предпринять для этого все возможные усилия; закрепляя обязанность родителей заботиться о детях, Конституция Российской Федерации не определяет конкретный порядок исполнения данной обязанности, что в силу ее статей 71 (пункт «в») и 72 (пункты «б», «к» части 1) обусловливает необходимость установления федеральным законодателем в отраслевом законодательстве соответствующего правового регулирования (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июля 2010 года № 17-П).

3. Семейное законодательство, конкретизируя положения Конституции Российской Федерации и актов международного права, как следует из статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1); регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи (пункт 3).

Права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке (статья 47 Семейного кодекса Российской Федерации), который предусмотрен в Федеральном законе от 15 ноября 1997 года № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния».

Происхождение детей и определение степени родства имеет правовое значение как в семейных отношениях, так и в вопросах приобретения гражданства, наследственного права и др.

3.1. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (пункт 1 статьи 61), являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий (пункт 1 статьи 64); праву ребенка на получение содержания от своих родителей корреспондирует обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 60 и пункт 1 статьи 80).

Возможность привлечения гражданина к исполнению родительских обязанностей Семейным кодексом Российской Федерации, в частности его статьей 49, предусмотрена только в случае соблюдения определенных законом условий, одним из которых является подтверждение родительского статуса лица, не исполняющего свои родительские обязанности в добровольном порядке. В правовом механизме взыскания с родителей алиментов на несовершеннолетних детей в судебном порядке, установленном данным Кодексом, содержится требование о необходимости учета судом материального и семейного положения сторон алиментного обязательства и других заслуживающих внимания обстоятельств (статьи 80, 81, пункт 1 статьи 83 и пункт 4 статьи 113).

В соответствии со статьей 107 «Сроки обращения за алиментами» Семейного кодекса Российской Федерации лицо, имеющее право на получение алиментов, вправе обратиться в суд с заявлением о взыскании алиментов независимо от срока, истекшего с момента возникновения права на алименты, если алименты не выплачивались ранее по соглашению об уплате алиментов (пункт 1); алименты, по общему правилу, присуждаются с момента обращения такого лица в суд, однако они могут быть взысканы за прошедший период в пределах трехлетнего срока с момента обращения в суд при установлении судом, что до обращения в суд данным лицом принимались меры к получению средств на содержание, но алименты не были получены вследствие уклонения лица, обязанного уплачивать алименты, от их уплаты (пункт 2).

3.2. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации отцовство лица, не состоящего в браке с матерью ребенка, устанавливается путем подачи в орган записи актов гражданского состояния совместного заявления отцом и матерью ребенка, а в случае смерти матери, признания ее недееспособной, невозможности установления места нахождения матери или в случае лишения ее родительских прав - по заявлению отца ребенка с согласия органа опеки и попечительства, при отсутствии такого согласия - по решению суда (пункт 3 статьи 48 «Установление происхождения ребенка»); в случае рождения ребенка у родителей, не состоящих в браке между собой, и при отсутствии совместного заявления родителей или заявления отца ребенка (пункт 4 статьи 48 данного Кодекса) происхождение ребенка от конкретного лица (отцовство) устанавливается в судебном порядке по заявлению одного из родителей, опекуна (попечителя) ребенка или по заявлению лица, на иждивении которого находится ребенок, а также по заявлению самого ребенка по достижении им совершеннолетия, при этом суд принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребенка от конкретного лица (статья 49 «Установление отцовства в судебном порядке»); в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, но не состояло в браке с матерью ребенка, факт признания им отцовства может быть установлен в судебном порядке по правилам, закрепленным гражданским процессуальным законодательством (статья 50 «Установление судом факта признания отцовства»).

Мать ребенка, рожденного вне брака, берет на себя обязанности по его содержанию и воспитанию; при этом она вправе инициировать процедуру установления отцовства, в том числе в целях понуждения отца к исполнению его конституционной обязанности родителя заботиться о несовершеннолетнем ребенке и содержать его.

Если отцовство в порядке, предусмотренном статьями 48-50 Семейного кодекса Российской Федерации, установлено, дети имеют такие же права и обязанности по отношению к родителям и их родственникам, какие имеют дети, родившиеся от состоящих в браке между собою лиц (статья 53 данного Кодекса).

До установления отцовства отец, не состоящий в браке с матерью ребенка, как лицо, на которое возлагается обязанность по содержанию несовершеннолетнего ребенка, de jure отсутствует. Поскольку же требование о взыскании с такого лица алиментов вытекает из факта установления отцовства, причем вне зависимости от того, установлено оно добровольно или в судебном порядке, усилия матери, предпринимаемые с целью получения средств на содержание несовершеннолетнего ребенка, - до удовлетворения иска об установлении отцовства и взыскании алиментов, адресованного лицу, не имеющему родительских обязанностей, - сами по себе не дают оснований для взыскания с такого лица алиментов за прошедший период в пределах трехлетнего срока с момента обращения в суд за алиментами в соответствии с оспариваемыми положениями пункта 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации.

По этому вопросу Верховным Судом Российской Федерации неоднократно давались разъяснения, согласно которым если одновременно с иском об установлении отцовства предъявлено требование о взыскании алиментов, то в случае удовлетворения иска об установлении отцовства алименты присуждаются со дня предъявления иска, как и по всем делам о взыскании алиментов (пункт 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации); возможность принудительного взыскания средств на содержание ребенка за прошлое время в указанном случае исключается, поскольку до удовлетворения иска об установлении отцовства ответчик в установленном порядке не был признан отцом ребенка (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов» и раздел VI Обзора судебной практики по делам, связанным со взысканием алиментов на несовершеннолетних детей, а также на нетрудоспособных совершеннолетних детей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 мая 2015 года).

Следовательно, пункт 2 статьи 107 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющий период, за который могут быть взысканы алименты, направлен на обеспечение баланса интересов несовершеннолетних детей и их родителей в рамках алиментных отношений, неопределенности не содержит и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права в конкретном деле Е.В. Шармай в указанном ею аспекте.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Шармай Елены Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации
В.Д. Зорькин