КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 декабря 2011 г. N 1676-О-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНИНА КУКОБАКИ МИХАИЛА ИГНАТЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ
ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЬИ 13 ЗАКОНА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ТАЙНЕ", АБЗАЦАМИ
СЕДЬМЫМ И ВОСЬМЫМ ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 14 И ЧАСТЬЮ ТРЕТЬЕЙ
СТАТЬИ 25 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ
СУДЕБНО-ЭКСПЕРТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав заключение судьи Л.О. Красавчиковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина М.И. Кукобаки,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин М.И. Кукобака оспаривает конституционность положений статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5485-1 "О государственной тайне", которыми устанавливается порядок рассекречивания сведений, составляющих государственную тайну, а также абзацев седьмого и восьмого части первой статьи 14 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", предусматривающих, что руководитель государственного судебно-экспертного учреждения обязан обеспечить условия, необходимые для сохранения конфиденциальности исследований и их результатов и не разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с организацией и производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан, а также сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну, и части третьей статьи 25 названного Федерального закона, согласно которой материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью; документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении; по требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу.
Как следует из представленных материалов, решением Хамовнического районного суда города Москвы от 9 августа 2006 года, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, М.И. Кукобаке, в отношении которого в 1970, 1979 и 1982 годах по направлению следственных органов в рамках производства по уголовным делам (по которым заявитель впоследствии был реабилитирован) проводились судебно-психиатрические экспертизы, было отказано в удовлетворении заявления к ФГУ "Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского" о признании незаконным решения об отказе в предоставлении доступа к материалам проведенных исследований, в том числе к засекреченной в период производства экспертиз истории болезни. При этом суды исходили из того, что правоотношения по поводу производства экспертизы возникают между государственным экспертным учреждением и органом, назначившим экспертизу; экспертное учреждение не обладает полномочиями по представлению на ознакомление материалов уголовных дел, в том числе проведенных экспертиз, по запросам граждан; право запрашивать информацию по поводу экспертизы имеется только у органа, назначившего экспертизу, куда гражданин вправе обратиться для ознакомления с экспертным заключением.
По мнению заявителя, оспариваемые положения статьи 13 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" позволяют распространять установленный в ней порядок рассекречивания сведений, составляющих государственную тайну, на медицинские документы, отражающие состояние здоровья гражданина, в отношении которых соответствующие ограничения были установлены до введения в действие указанного Закона и срок засекречивания которых превышает 30 лет, а положения Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, исключают право гражданина, в отношении которого проводилась судебно-психиатрическая экспертиза, знакомиться с медицинскими документами, отражающими состояние его здоровья, а также фиксирующими ход, условия и результаты экспертизы, и получать в судебно-экспертном учреждении их копии, поскольку не устанавливают обязанность руководителя судебно-экспертного учреждения предоставить гражданину такие сведения по его требованию. Тем самым, утверждает заявитель, оспариваемые положения, как нарушающие его право на доступ к информации, затрагивающей его права и свободы, противоречат статьям 24 (часть 2), 29 (часть 4), 41 (части 1 и 3), 45 и 46 Конституции Российской Федерации.
2. В соответствии со статьей 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что в силу статьи 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации любая затрагивающая права и свободы гражданина информация (за исключением сведений, содержащих государственную тайну, сведений о частной жизни, а также конфиденциальных сведений, связанных со служебной, коммерческой, профессиональной и изобретательской деятельностью) должна быть ему доступна, при условии что законодателем не предусмотрен специальный правовой статус такой информации в соответствии с конституционными принципами, обосновывающими необходимость и соразмерность ее особой защиты. При этом Конституция Российской Федерации допускает возможность установления в отношении той или иной информации специального правового режима, в том числе режима ограничения свободного доступа к ней со стороны граждан (определения от 12 мая 2003 года N 173-О, от 29 января 2009 года N 3-О-О и др.).
2.1. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, в то же время предусматривает, что федеральным законом определяется перечень сведений, составляющих государственную тайну (статья 29, часть 4). Такое решение вызвано необходимостью защиты суверенитета России, обеспечения ее обороны и безопасности и соотносится с предписаниями статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей в указанных в ней целях ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина, а следовательно, и права на информацию. Исходя из этого законодатель вправе устанавливать перечень сведений, которые могут быть отнесены к государственной тайне, регулировать отношения, связанные с их рассекречиванием и защитой, определять порядок допуска и доступа граждан к таким сведениям (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 марта 1996 года N 8-П).
Законом Российской Федерации "О государственной тайне" установлен правовой режим государственной тайны, суть которого состоит в ограничении доступа к защищаемым государством сведениям в области его военной, внешнеполитической, экономической, разведывательной, контрразведывательной и оперативно-розыскной деятельности, распространение которых может нанести ущерб безопасности Российской Федерации (статья 2). В силу принципов законности, обоснованности и своевременности отнесение сведений к государственной тайне, их засекречивание осуществляется в соответствии с их отраслевой, ведомственной или программно-целевой принадлежностью согласно действующим в соответствующих органах, учреждениях и организациях перечням сведений, подлежащих засекречиванию (статьи 6, 9 и 11 Закона Российской Федерации "О государственной тайне").
При этом согласно статье 7 указанного Закона не подлежат отнесению к государственной тайне и засекречиванию сведения о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина; должностные лица, принявшие решения о засекречивании перечисленных сведений либо о включении их в этих целях в носители сведений, составляющих государственную тайну, несут уголовную, административную или дисциплинарную ответственность в зависимости от причиненного обществу, государству и гражданам материального и морального ущерба, а граждане вправе обжаловать такие решения в суд.
Снятие ранее введенных в предусмотренном законом порядке ограничений на распространение сведений, составляющих государственную тайну, и на доступ к их носителям предусмотрено в установленном Законом Российской Федерации "О государственной тайне" порядке, в частности при наличии изменения объективных обстоятельств, вследствие которого дальнейшая защита сведений, составляющих государственную тайну, является нецелесообразной, при этом руководители органов государственной власти обязаны периодически, но не реже чем через каждые 5 лет пересматривать содержание действующих в органах государственной власти, на предприятиях, в учреждениях и организациях перечней сведений, подлежащих засекречиванию, в части обоснованности засекречивания сведений и их соответствия установленной ранее степени секретности (статья 13). Носители сведений, составляющих государственную тайну, рассекречиваются не позднее сроков, установленных при их засекречивании; до истечения этих сроков носители подлежат рассекречиванию, если изменены положения действующего в данном органе государственной власти, на предприятии, в учреждении и организации перечня, на основании которых они были засекречены (статья 14 Закона Российской Федерации "О государственной тайне"). Таким образом, отнесение сведений к государственной тайне обусловлено соблюдением сроков, установленных при их засекречивании (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 574-О-О).
Представленные в Конституционный Суд Российской Федерации материалы свидетельствуют о том, что М.И. Кукобакой были запрошены хранящиеся в научно-медицинском архиве ФГУ "ГНЦССП Росздрава" медицинские документы, состоящие из стационарной истории его болезни с грифом "секретно" за 1982 год, куда вложены стационарные истории его болезни с грифом "секретно" за 1970 и 1979 годы. При этом в материалах дела отсутствуют сведения об установленных сроках отнесения запрашиваемой информации (полностью или в части) к государственной тайне, степени ее секретности (полностью или в части), равно как и сведения об основаниях реабилитации заявителя, вследствие которой дальнейшая защита информации, составляющей государственную тайну, могла быть полностью или в части признана в установленном порядке нецелесообразной, необоснованной или незаконной (была ли реабилитация заявителя связана с необоснованным признанием его нуждающимся в принудительном лечении ввиду отсутствия в его действиях признаков преступления или/и в связи с фактическим отсутствием у него психического расстройства, неправильно либо заведомо ложно диагностированного в судебно-психиатрическом учреждении).
Между тем статья 15 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" гарантирует гражданам право обратиться в органы государственной власти, на предприятия, в учреждения, организации, в том числе в государственные архивы, с запросом о рассекречивании сведений, отнесенных к государственной тайне (часть первая), определяя при этом обязанности получивших такой запрос организаций и учреждений по его исполнению и их ответственность за уклонение от его рассмотрения (части вторая и третья). Обоснованность отнесения сведений к государственной тайне, согласно части четвертой данной статьи, может быть обжалована в суд, а при признании судом необоснованности засекречивания сведений эти сведения подлежат рассекречиванию в установленном данным Законом порядке.
2.2. Таким образом, положения статьи 13 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" в системе действующего правового регулирования не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.
Проверка же законности и обоснованности решения судебно-экспертного учреждения об отказе в предоставлении заявителю указанных сведений для ознакомления, а также судебных решений, принятых по делу заявителя, требует установления фактических обстоятельств, связанных с обоснованностью отнесения запрошенных им сведений к государственной тайне как на момент наступления обстоятельств, с которыми заявитель связывает свое обращение в Конституционный Суд Российской Федерации, так и в настоящее время, что не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, определенные в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
3. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, гарантированное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации право на судебную защиту предполагает наличие таких конкретных правовых гарантий, которые позволяют реализовать данное право в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства. В рамках уголовного судопроизводства это предполагает в том числе установление на основе исследованных доказательств обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело.
Возможность установления, объяснения или удостоверения обстоятельств, входящих в предмет доказывания, исследование объектов и документов, имеющих отношение к расследуемому преступлению, осуществляемое субъектом исследования на основе имеющихся у него специальных познаний, обеспечиваются посредством использования метода экспертных оценок, что позволяет следователю, суду и сторонам получать новые или проверять уже имеющиеся в деле доказательства.
3.1. Из статьи 2 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" следует, что оказание содействия судам, судьям, органам дознания, лицам, производящим дознание, следователям и прокурорам в установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, посредством разрешения вопросов, требующих специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла, является задачей государственной судебно-экспертной деятельности, которая, как указано в статье 6 данного Федерального закона, осуществляется при неуклонном соблюдении равноправия граждан, их конституционных прав на свободу и личную неприкосновенность, достоинство личности, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и доброго имени, а также иных прав и свобод человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, что, по сути, означает реализацию в данной сфере положений статей 17 - 19, 21 - 24 Конституции Российской Федерации.
Исходя из этого Федеральный закон "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" предписывает руководителю государственного судебно-экспертного учреждения (начальнику, заведующему или директору), наделенному особым статусом (статьи 9, 14 и 15), помимо иных обязанностей, обеспечить условия, необходимые для сохранения конфиденциальности исследований и их результатов, а также не разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с организацией и производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан, а также сведения, составляющие государственную, коммерческую или иную охраняемую законом тайну.
Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, согласно части третьей статьи 25 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", прилагаются к заключению и служат его составной частью; документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении; по требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу.
Оспаривая конституционность положений статьи 14 и части третьей статьи 25 данного Федерального закона, заявитель связывает нарушение своих конституционных прав с отсутствием в этих нормах указания на обязанность руководителя судебно-экспертного учреждения предоставить по требованию гражданина, в отношении которого проводилась судебная экспертиза, сведения, связанные с организацией и производством судебной экспертизы (копии медицинских документов, а также документы, фиксирующие ход, условия и результаты экспертизы). Между тем разрешение этого вопроса - вопроса о порядке, условиях и круге лиц, которым могут быть предоставлены данные сведения, - в предмет регулирования данных законоположений не входит, поскольку они посвящены регламентации вопросов, связанных с оформлением результата проведенного экспертного исследования по делу в рамках того или иного вида судопроизводства и порядком приобщения к материалам дела, помимо заключения эксперта, иных документов, касающихся проведенного исследования, т.е. сами по себе оспариваемые законоположения не затрагивают права заявителя в этой части.
Соответственно, эти положения Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" не препятствуют гражданину, в отношении которого осуществлялась судебно-психиатрическая экспертиза, получать информацию и непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, а также получать по его требованию копии медицинских документов, отражающих состояние его здоровья, если в них не затрагиваются интересы третьей стороны.
3.2. Согласно статье 3 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" правовой основой государственной судебно-экспертной деятельности являются Конституция Российской Федерации, данный Федеральный закон, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, законодательство Российской Федерации о таможенном деле, Налоговый кодекс Российской Федерации, законодательство Российской Федерации о здравоохранении, другие федеральные законы, а также нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, регулирующие организацию и производство судебной экспертизы.
В соответствии со статьей 3 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (действующих до 1 января 2012 года) законодательство Российской Федерации об охране здоровья граждан состоит из соответствующих положений Конституции Российской Федерации и конституций (уставов) субъектов Российской Федерации, Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, иных федеральных законов и федеральных нормативных правовых актов, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации (часть первая).
Статья 31 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан устанавливает право каждого гражданина в доступной для него форме получить имеющуюся информацию о состоянии своего здоровья, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, его диагнозе и прогнозе, методах лечения, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, их последствиях и результатах проведенного лечения. Информация о состоянии здоровья гражданина предоставляется ему лечащим врачом, заведующим отделением лечебно-профилактического учреждения или другими специалистами, принимающими непосредственное участие в обследовании и лечении. Гражданин имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, и получать консультации по ней у других специалистов. По требованию гражданина ему предоставляются копии медицинских документов, отражающих состояние его здоровья, если в них не затрагиваются интересы третьей стороны. Информация, содержащаяся в медицинских документах гражданина, составляет врачебную тайну и может предоставляться без согласия гражданина только по основаниям, предусмотренным статьей 61 данных Основ.
3.3. Таким образом, оспариваемые положения Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" - в системной взаимосвязи с иными положениями федерального законодательства - также не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кукобаки Михаила Игнатьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН